Евразийский юридический портал

Бесплатная юридическая консультация онлайн, помощь юриста и услуги адвоката

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Юридические статьи Интерэкоправо О правовых проблемах актуализации вопросов международного водного сотрудничества в законодательстве России

О правовых проблемах актуализации вопросов международного водного сотрудничества в законодательстве России

О правовых проблемах актуализации вопросов международного водного сотрудничества в законодательстве России

Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций объявила 2013 год Международным годом водного со­трудничества. В настоящее статье авторы предпринимают по­пытку проанализировать нормы международного права, евро­пейского права, национального (российского и сопредельных государств) законодательства с целью выявления проблем в области водного сотрудничества и определения дальнейших путей его совершенствования. Актуальность темы дополни­тельно подчеркивают последние события в мире, имеющие чрезвычайный характер: наводнения на юге дальнего Востока России и северо-востоке Китая, в Германии, в Польше, в Вен­грии, а также встречи на высшем уровне по водному сотруд­ничеству.

В душанбе Таджикистан) 20 и 21 августа 2013 года состоя­лась Международная конференция высокого уровня по водно­му сотрудничеству в целях углубления диалога и улучшения взаимопонимания и укрепления партнерских отношений и сотрудничества по вопросам, касающимся водных ресурсов.

Основное внимание в ходе Конференции было уделено четырем основным темам:

1)   водное сотрудничество в интересах развития человече­ского потенциала;

2)   водное сотрудничество в интересах экономической вы­годы;

3)   водное сотрудничество для экосистем;

4)   трансграничное водное сотрудничество.


В ходе пленарных сессий, заседаний высокого уровня и специальных тематических мероприятий участники Конфе­ренции выдвигали предложения, которые следует рассматри­вать как добровольные и не имеющие обязательной силы. Они представляют собой значимый и конкретный итог Конфе­ренции, а правительствам, международным организациям и другим соответствующим заинтересованным сторонам реко­мендуется ознакомиться с предложениями, используя их в ка­честве ориентиров и руководства к последующим действиям.

К мерам в контексте водного сотрудничества, ко­торые следует принять в приоритетном порядке, от­носятся следующие:

—    меры, направленные на обеспечение продуктив­ного и устойчивого исполь- Абанина Е.Н. зования водных ресурсов в

целях извлечения общей вы­годы в трансграничном и межсекторальном контексте;

—    меры, направленные на содействие разработке ком­плексных стратегий по борьбе со всеми видами загрязнений водных ресурсов, включая удаление и очистку сточных вод.

Для Российской Федерации вопрос трансграничного во­дного сотрудничества актуален в связи с ее географическим, гидрографическим, гидрологическим и геополитическим положением. Бассейны 70 крупных и средних рек страны яв­ляются трансграничными. Свыше 46 000 км государственной границы проходит по рекам, озерам и морям, в том числе 7141 км - по рекам, 475 км - по озерам и 38807 км - по морям. Российская Федерация граничит с 16 государствами. По 24 наиболее крупным трансграничным водным объектам заклю­чены двусторонние соглашения в области охраны и использо­вания вод трансграничных водных объектов.

Вопрос о сотрудничестве в области использования и охра­ны водных объектов - один из наиболее часто обсуждаемых во­просов и в научных кругах, в частности и в связи с тем, что за­конодательство Российской Федерации не содержит термина «трансграничные водные объекты». Подчеркнуть это на наш взгляд необходимо, чтобы высветить пробел. Напомним, что действовавший ранее Водный кодекс РФ 1996 года содержал отдельную статью, в которой определял, что «трансгранич­ными (пограничными) водными объектами являются поверх­ностные и подземные водные объекты, которые обозначают, пересекают границу между двумя или более иностранными государствами или по которым пролегает Государственная граница Российской Федерации». также такие дефиниции встречались и в Водном кодексе РСФСР от 30 июня 1972 года в специальной главе 23 «Водопользование на пограничных во­дах СССР», где предусматривалось, что водопользование на пограничных водах СССР осуществляется на основе между­народных договоров. Некоторые исследователи могут отме­тить, что в связи с особым правовым режимом таких водных объектов их определение в национальном законодательстве не является обязательным, достаточно определения «транс­граничных вод», которое дается в Конвенции ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международ­ных озер от 17 марта 1992 г. Россия ратифицировала Конвен­цию в 1993 г., тем самым соглашаясь и с определением, что «трансграничные воды означают любые поверхностные или подземные воды, которые обозначают, пересекают границы между двумя или более государствами или расположены на таких границах; в тех случаях, когда трансграничные воды впа­дают непосредственно в море, пределы таких трансграничных вод ограничиваются прямой линией, пересекающей их устье между точками, расположенными на линии малой воды на их берегах». Однако часть трансграничных вод находится на территории России, а значит - и регулироваться должно нор­мами российского закона, в котором должно быть отражен объект регулирования. Российский закон не воспринял, не имплементировал устоявшееся понятие трансграничных вод в Конвенции и не оставил прежнее (Водный кодекс РФ 1996 г.), что возможно требует исправления.


Россия является членом Содружества Независимых Госу­дарств, и для нас действует Соглашение об основных принци­пах взаимодействия в области рационального использования и охраны трансграничных водных объектов (1998 г. Стороны Соглашения - Белоруссия, Казахстан, Россия, Таджикистан), в котором также есть определение трансграничного водного объекта, под которым понимаются любые поверхностные или подземные воды, которые обозначают или пересекают грани­цы между двумя или более государствами либо расположены на таких границах. Согласно Соглашению Стороны стремятся к согласованию и сближению правовых, административных, технических мер, а также нормативных документов, касаю­щихся использования и охраны водных объектов. Возможно, первым шагом в сближении правовых норм станет гармони­зация законодательств государств в части понимания объекта регулирования трансграничного сотрудничества.

Двусторонние соглашения Российской Федерации в об­ласти охраны и рационального использования трансгранич­ных водных объектов заключены Абхазией, Азербайджаном, Республикой Беларусь, Казахстаном, Китаем, Монголией, Украиной, Финляндией и Эстонией. Принимая во внима­ние исторические рамки заключения указанных соглашений, а также сложность международных отношений с некоторыми странами ввиду их не совсем корректного поведения в отноше­нии природных объектов, не подпадающих полностью под их суверенитет, мы не беремся судить полностью о содержании текстов документов. Каждое из названных соглашений требует отдельного исследования. В настоящей работе ниже обобще­ны сравнительные данные по предметам: цель Соглашения и (или) принцип, на основе которого стороны сотрудничают; объект Соглашения; определение объекта (трансграничные воды) по соответствующему национальному законодательству.

 

Практически все Соглашения преследуют идентичную цель - организация сотрудничества в области охраны и раци­онального использования трансграничных водных объектов (Эстония, 1997; Белоруссия, 2002; Казахстан, 2010; Азербайд­жан, 2010; Абхазия, 2011). такое сотрудничество основывает­ся на принципе разумного и справедливого использования трансграничных водных объектов (Монголия, 1995; Беларусь, 2002; Казахстан, 2010; Азербайджан, 2010; Абхазия, 2011).


Интерес представляют отдельные принципы, обозначен­ные в договорах, например, в Соглашении с Китаем закрепле­но, что сотрудничество осуществляется на основе справедливо­го и рационального использования и охраны трансграничных вод с учетом экономических, социальных и демографических факторов; признание равной значимости использования и охраны трансграничных вод и их неразрывной связи. Пред­ставляется, что обозначенный в Договоре принцип признания равной значимости использования и охраны трансграничных вод и их неразрывной связи противоречит российскому водно­му законодательству. Так, в соответствии с Водным кодексом РФ, водное законодательство и изданные в соответствии с ним нормативные правовые акты основываются на принципе при­оритета охраны водных объектов перед их использованием. Использование водных объектов не должно оказывать нега­тивное воздействие на окружающую среду. Как справедливо отмечает М.М. Бринчук, «долгое время в нашей стране право­вое регулирование и практика исходили из противоположных начал - из приоритета использования водных ресурсов перед их охраной. Такая политика привела к истощению ряда во­дных объектов, снижению стока, загрязнению поверхностных и подземных вод опасными веществами, гибели промыш­ленных запасов водных биоресурсов и другим негативным последствиям». Учитывая демографический фактор, ката­строфическую ситуацию с водными ресурсами и планы Ки­тайской Народной Республики по использованию р. Черный Иртыш, возникают опасения о состоянии как реки отдельно, так и окружающей среды в целом, так как истощение и загряз­нение Иртыша неизбежно повлечет большой экологический и экономический вред. Несмотря на противоречие российскому закону и явно просматриваемые последствия такого принци­па, не принимать его во внимание мы не можем, так как в со­ответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ «если международным договором Российской Федерации установлены иные прави­ла, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».


Объектом названных Соглашений выступают трансгра­ничные воды, которым даются различные определения:

—  пограничные водные системы - озера, реки и ручьи, пе­ресекаемые линией границы или по которым проходит линия границы (Финляндия, 1964);

—  трансграничные водные объекты - участки рек и дру­гих поверхностных водотоков, по которым проходит госу­дарственная граница между Сторонами; поверхностные и подземные воды в местах, где их пересекает государственная граница (Украина, 1992);

—  трансграничные воды - реки, ручьи, озера и другие по­верхностные водные объекты, а также месторождения подземных вод, по которым проходит или которые пересекает госу­дарственная граница (Монголия, 1995);

—    трансграничные воды бассейна реки Нарва, включая Псковско-Чудское озеро, при этом трансграничные воды оз­начают любые поверхностные или подземные воды, которые обозначают, пересекают границы между двумя или более го­сударствами или расположены на таких границах (Эстония, 1997);

—    трансграничные водные объекты - любые поверхност­ные и подземные водные объекты, которые обозначают гра­ницу между двумя государствами, пересекают ее или по ко­торым пролегает такая граница (Белоруссия, 2002; Казахстан, 2010; Абхазия, 2011);

—    трансграничные воды - реки, озера, ручьи, болота, расположенные на границе или пересекающие эту границу (КНР, 2008);

—    водные ресурсы трансграничной реки Самур - поверх­ностные воды пограничного участка трансграничной реки Са- мур (Азербайджан, 2010).


Как видим, согласно приведенным данным объектом могут выступать - как водные объекты в целом, любые по­верхностные и подземные водные объекты, так и отдельные объекты - озера, реки, ручьи, болота; и определенные объек­ты - например, водные ресурсы трансграничной реки Самур. Учитывая такую детализацию в объектах в каждом случае в отношении с каждым государством, возвращаемся к вопросу: есть ли необходимость в закреплении в Водном кодексе РФ по­нятия трансграничных водных объектов?

Нам представляется, что необходимость в том есть, в этом вопросе мы полностью солидарны с мнением И.О. Красновой, что «к трансграничным (пограничным) рекам применяются общие положения водного законодательства, в первую оче­редь, Водного кодекса, устанавливающие единый правовой ре­жим всех водотоков и других водных объектов России.


Такое положение (отсутствие понятия «трансграничные водные объекты». Прим. авторов) вряд ли можно признать удовлетворительным». Российская Федерация в пределах территории своего государства самостоятельно осуществляет водохозяйственные и водоохранные мероприятия на транс­граничных водных объектах. Соответственно, определение трансграничных вод в законе позволит определить и особые правовые меры охраны таких водных объектов, меры по пре­дотвращению и сокращению трансграничного воздействия на трансграничные воды.

Кроме того, отдельные государства, с кем мы сотруднича­ем по вопросам использования и охраны трансграничных вод, имеют в своем национальном законодательстве определения трансграничных вод:

—    согласно Закону о воде Эстонии «трансграничные во­дные ресурсы - вода, которая проходит по государственной границе (пересекают государственную границу)»;

—    согласно Водному кодексу Республики Беларусь «по­граничными водными объектами являются водные объекты, по которым проходит Государственная граница Республики Беларусь»;

—    согласно Водному кодексу Республики Казахстан «трансграничными водами являются поверхностные и под­земные водные объекты, которые обозначают и (или) пересе­кают Государственную границу Республики Казахстан»;

—    согласно Водному кодексу Азербайджанской Респу­блики «к пограничным водным объектам относятся поверх­ностные и подземные водные объекты, определяющие меж­государственную границу, пересекающие границу или через которые проходит государственная граница Азербайджан­ской Республики»;





   

Самое читаемое

Юридическая консультация 24/7

Тел. 8 800 500-27-29 (доб. 677)
Звонок по РФ бесплатный!

Юридические статьи

Адвокатура
Адвокатура и нотариат
Адвокатская деятельность и адвокатура
Авторское право
Антикоррупционное право
Антимонопольное право
Актуальный вопрос
Аграрное право
Арбитражный процесс
Агентство правовой информации «человек и закон»
Бизнес и право
Безопасность и право
Бюджетное право
Гражданский процесс
Гуманитарные права
Гражданское общество
Гражданско-процессуальное право
Государство и политические партии
Договорное право
Дискуссионный клуб
Евразийская интеграция
Евразийская адвокатура
Евразийская безопасность
Евразийская толерантность
Евразийское сравнительное право
Евразийская геополитика и международное право
Европейское право
Корпоративное право
Конституционное и муниципальное право
Криминалистика
Криминология
Криминалистика и оперативно-розыскная деятельность
Конституционное право
Муниципальное право
Миграционное право
Международное экономическое право
Международное экологическое право
Мусульманское право
Мнение нашего эксперта
Международное инвестиционное право
Международная практика
Международное морское право
Международное публичное право
Международное частное право
Право стран СНГ
Право ЕС
Право зарубежных государств
Право Европейского Союза
Право зарубежных государств
Международное гуманитарное право
Национальная безопасность
Общие права человека
Образовательное право
Обычное право
Профессиональная защита
Права детей
Правовая реформа
Психология и право
Проблемы юридического образования
Права человека
Право и образование
Прокурорский надзор
Правоохранительные органы
Право и безопасность
Приглашение к дискуссии
Право народов
Педагогика и право
Право интеллектуальной собственности
Парламентское право
Право и политика
Предпринимательское право
Природоресурсное право
Рецензии
Религия и право
Страницы истории
Слово молодым ученым юристам-международникам
Социология и право
Судебная экспертиза
Судопроизводство
Социальные права
Судоустройство
Сравнительное право
Инновационное право
Информационное право
История государства и права
История права
Избирательное право
Исполнительное производство
Интерэкоправо
Уголовный процесс
Уголовное право и криминология
Уголовно-процессуальное право
Уголовный процесс и криминалистика
Уголовно-исполнительное правоотношение
Уголовно-исполнительное право
Уголовное судопроизводство
Теория прав человека
Теория и история государства и права
Таможенное право
Теория права и государства
Теория
Трибуна молодого ученого
Философия права
Федеративные отношения
Экологическое право
Юридическая наука
Юридические конференции
Юридическая практика
Ювенальная юстиция
Юридическое образование
Юридическая этика
Ювенальное право