Евразийский юридический портал

Бесплатная юридическая консультация онлайн, помощь юриста и услуги адвоката

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Юридические статьи Судопроизводство Судебная реформа: тенденции и перспективы

Судебная реформа: тенденции и перспективы

В декабре прошедшего года в Москве прошёл IX Всерос­сийский съезд судей, на котором с приветственным словом к судейскому сообществу выступил президент В. В. Путин, он отметил, что развитие страны требуют корректировки, на­стройки нашей правовой системы и законодательства. При­знавая, что «наше правовое поле меняется очень быстро, мо­жет быть, слишком быстро и порой несистемно, что создаёт немало трудностей и угроз в процессе правоприменения, пре­зидент выразил надежду на то, что «Судейское сообщество способно повлиять на эту ситуацию. Уверен, что парламент с должным вниманием отнесётся к вашему авторитетному мне­нию. Стабильность и предсказуемость законов - общая для всех цель, гарантия качества национальной юрисдикции. Это чрезвычайно важные вещи, которые мы всегда должны пом­нить. Здесь важно всё: и укрепление статуса судей, гарантий их независимости, и оптимизация судопроизводства, и повы­шение открытости, прозрачности правосудия. Необходимо беречь чистоту судейского корпуса и повышать доверие к суду как главному защитнику прав любого человека - независимо ни от его доходов, ни возраста, ни национальности, ни долж­ностного положения, ни даже гражданства, если этот человек находится в рамках российской юрисдикции.

Полагаю, что на съезде будут выработаны такие рекомен­дации по этим вопросам, которые наконец нам позволят из­менить эту ситуацию».

Из выступления Президента РФ было понятно, что и гла­ву государства не устраивают ни темпы реформирования, ни результаты столь длящегося процесса судебных реформ. Не­смотря на высочайшее внимание к проблеме независимости судов, несмотря на все декларации, кардинальных изменений не происходит, не усматривается и признаков этого из резо­лютивной части Постановления съезда судей, принятого по итогам прошедшего судейского форума, в котором, реша­лись в основном организационно-правовые вопросы судей­ского корпуса России и судоустройства, но не обсуждалось качество и эффективность осуществления правосудия, кроме «электронного правосудия»,тогда как значимость суда опре­деляется не бюджетом и количеством судей, а авторитетом принятых решений, их обоснованностью и влиянием на обще­ственное сознание. Мы должны отдавать себе отчет в том, что дальнейший экстенсивный рост судебной системы не помо­жет нам ответить на новые запросы общества.

Председатель Конституционного Суда РФ Валерий Зорь­кин на открытии IX съезда отметил, что 2016 год для россий­ской судебной власти знаменателен, тем, что четверть века тому назад началась судебная реформа, и сегодня мы факти­чески отмечаем 25-летие судебной системы новой России. С того времени, не одно десятилетие в нашей стране продол­жаются дискуссии об эффективности гражданского судопро­изводства и необходимости реформирования всей судебной системы, причем эти вопросы периодически активизируются и во власти, и учеными, и в гражданском обществе, где гово­рят об отсутствии в России «настоящего» суда и «настоящей» судебной власти и говорится о создании независимых судов. Дискутируется проблема о том, что судебные реформы «бук­суют» и не дают результатов, а без независимой судебной власти у нас не будет ни инвестиций, ни экономического роста, а так же промышленных предприятий, и социально значимых объектов - таких как детские сады и школы.

Очередной этап государственных инициатив судебного реформирования привёл к слиянию двух высших судебных инстанций Российской Федерации. Федеральным конституци­онным законом от 05.02.2014 № 4-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации», вступившим в действие с 06.08.2014, Верховный Суд РФ является единственным высшим судебным органом по гражданским, уголовным, административным и иным делам, а также по экономическим спорам. Определе­на новая компетенция Пленума и Президиума ВС РФ, а так­же полномочия Председателя ВС РФ и его заместителей. Уже идёт третий год правоприменения новации такого реформи­рования, однако единообразия судебной практики в той сте­пени, которая была определена задачами совершенствования законодательства, предусмотренного данным реформирова­нием пока не усматривается. Как сказал на съезде судей Вале­рий Зорькин «положительный эффект от этого соединения есть. На мой взгляд, этот эффект заключается прежде всего в том, что устранена объективно складывающаяся и нарастав­шая тенденция, когда в двух верховных судах давалось разное толкование одной и той же нормы материального права. И это опасно для единства законности. Но дело не только в этом. В этом, конечно, плюс, когда теперь этого нет и Верховный Суд имеет возможность, обобщив практику, дать направление ей с помощью толкования в постановлениях пленума. Но я бы специально подчеркнул на этом высоком собрании, что есть и другой, не столь очевидный, но не менее важный аспект этой проблемы». Поэтому, эффективность такого решения уста­новит история, но процедура её проведения позволяет нам, практикам-юристам, усомниться в её результатах.

На проблемы в деятельности судебной системы более одиннадцати лет назад, указывал бывший Председатель ВАС РФ г. Иванов А. А., относя к ним несовершенное законодатель­ство, но не только и не столько материального права, сколько нормы процессуальные, влияющие на процедуру судебного разбирательства и зачастую приводящие к неправосудному решению, а так же усложнённость обжалования судебных актов Проводится активная переработка гражданского и арби­тражного судопроизводства, (так, только в АПК РФ с 2014 по 2016 г внесено более пятнадцати изменений, а в ГПК РФ ещё чуть больше), предполагающая его единообразие, о котором в последнем послании говорил наш Президент.

На наш взгляд, позиция Президента, лицами, проводя­щими законодательную реформу, была истолкована не совсем верно, поскольку он имел в виду не столько единообразие про­цедуры судопроизводства, сколько судебные акты, выносимые по конкретным тождественным делам, т.е. - единообразие сложившейся судебной практики на основе норм материаль­ного права, при этом толкование норм именно материального права должно быть одинаковым, независимо от субъектного состава участников процесса и процедуры судопроизводства.

Вступившие в силу Федеральные законы от 2 марта 2016 года № 45-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский про­цессуальный кодекс Российской Федерации и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» и № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», Федеральный закон от 5 апреля 2016 года № 103-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс администра­тивного судопроизводства Российской Федерации и отдель­ные законодательные акты Российской Федерации», направле­ны только на унификацию процессуального законодательства и упрощение правовых процедур, но не на повышение эф­фективности и качества правосудия. В результате проведен­ной и сформированной судами Российской Федерации судеб­ной практики по экономическим спорам за истекший период была проведена реформа третейского разбирательства целью и задачей которой, на законодательном уровне закреплены требования к структурной организации третейских судов, их компетенции, статусу и ответственности третейских судей за разрешение экономических споров и вынесение правосудных решений.

Одним из важных шагов в деле укрепления гарантий до­ступа к правосудию, унификации процессуального законода­тельства, оптимизации служебной нагрузки судей является реализация Концепции единого Гражданского процессуаль­ного кодекса Российской Федерации, одобренная решением Комитета Государственной Думы по гражданскому, уголовно­му, арбитражному и процессуальному законодательству от 8 декабря 2014 года № 124. В разработке Концепции принимали участие представители Совета судей Российской Федерации, однако в эту комиссию по разработке Концепции единого Гражданского процессуального кодекса Российской Федера­ции по каким - то причинам не включены такие авторитетные учёные процессуалисты как М. К. Треушников и др.

В результате, проведённой работы разрешены в теорети­ческом аспекте некоторые проблемы деятельности судебной системы Российской Федерации.

Тем не менее, анализ работы судов показывает, что тен­денция роста обращений за судебной защитой нарушенных прав сохраняется. Предварительные данные 2016 года позво­ляют сделать такой вывод.

К сожалению, реформа повлекла установление новых правил не только судопроизводства, а и подачи жалоб не только в Судебную Коллегию Верховного Суда РФ по эконо­мическим спорам, но также порядок обжалования во всех судебных инстанциях. Новеллизация процессуального зако­нодательства о проверке законности судебных постановлений, по выражению профессора Т. В. Сахновой «приобретает кро­ме апелляции черты чрезвычайности; инстанционность про­верки ограничивается апелляцией; надзор по преимуществу превращается в судебную функцию обеспечения единообра­зия судебной практики. В целом - при видимом увеличении инстанций происходит функциональное уменьшение «удель­ного веса» проверки законности и защиты имущественных прав для сторон».

Реформирование подведомственности и подсудности су­дебной системы общей юрисдикции по примеру арбитражных судов с их дифференциацией судов общей юрисдикции по судебным округам в целом, привело к увеличению инстан­ций и усложнению процедуры обжалования, которая сейчас состоит из четырёх этапов. Апелляционное производство по гражданским делам осуществляется в порядке, предусмотрен­ном гл.39 ГПК РФ для судебного рассмотрения дел по существу в суде первой инстанции с некоторыми изъятиями, а факти­чески как отправленные апелляционным или кассационным определением суда второй инстанции на новое судебное раз­бирательство в коллегиальном судебном составе. Здесь, как по­казывает практика, апелляционные районные суды, так же как и апелляционные инстанции судов субъектов и приравненных к ним судам, просто не справляются с потоком дел. Проведён­ный обзор статистических данных о результатах деятельности апелляционной инстанции Новосибирского областного суда за первое полугодие 2014 года, показывает, что из списка дел, назначенных к слушанию в четырёх апелляционных составах суда работающих еженедельно, рассматриваются в один день до 130- 150 дел, т.е на каждую коллегию приходится в сред­нем по 35-38 дел. Из них - отменяются 18 -20 дел; снимается с производства, по разным причинам - 3-5 дел. Разве можно справиться с таким потоком дел по установленной ст.ст. 327­327.1 ГПК РФ процедуре рассмотрения дела в апелляционной инстанции, будь хоть судьи апелляционной инстанции триж­ды грамотными и внимательными??? Представляется, что и в других апелляционных инстанциях ситуация не лучше. В результате апелляционная процедура проходит формально, как это происходит и в судах кассационной инстанции с упро­щенным судебным разбирательством. К таким выводам автор статьи приходит как на основе проводимого исследования, так и личного многолетнего опыта практического участия в каче­стве представителя по делам всех видов судопроизводства. К слову хотелось бы заметить, что в Арбитражных апелляци­онных и кассационных судах до внесения изменений в АПК РФ дела обстояли намного эффективнее и лучше. Проблема в том, что апелляционные инстанции судов общей юрисдик­ции, просто механически заменяют кассационные инстанции с усложнением процедуры рассмотрения апелляционных жалоб на решения судов первой инстанции. Апелляционные районные (городские) и приравненные к ним суды создают до­полнительную судебную инстанцию, но не решает проблемы эффективности деятельности наших судов. В связи с ростом служебной нагрузки судей остается актуальным вопрос разра­ботки и принятия законов о нормах и оптимизации служеб­ной нагрузки судей, однако не решаются многие концептуаль­ные вопросы осуществления правосудия. Полагаю, что этот вопрос разрешится после прошедшего Всероссийского съезда.

Ещё одну насущную проблему защиты прав и законных интересов в судах общей юрисдикции хотелось бы обсудить, которая напрямую связана с обжалованием судебных актов, вступивших в законную силу. Вопросы кассационного обжало­вания, а если быть точным - о порядке подачи кассационных жалоб и их рассмотрению по ст.381, 383 ГПК РФ. Федераль­ным законом от 09.12.2010 г за № 353 в ГПК РФ введена глава о производстве в суде кассационной инстанции, в результате которой появилась неопределенность в конституционно-пра­вовой природе ст. ст. 381 и 383 ГПК РФ - к какому институту они могут относиться - к производству в суде надзорной ин­станции как правового института, предназначенного феде­ральным законодателем для исправления судебных ошибок в постановлениях нижестоящих судов, вступивших в законную силу, или это институт кассационного обжалования - то же по сути предназначенного для исправления судебных ошибок? Изменения, внесенные в Гражданский процессуальный кодекс РФ в рамках судебной реформы, по нашему мнению, создали по сути "вторую" надзорную инстанцию - только те­перь не все судебные акты могут быть обжалованы в Судебную коллегию Верховного Суда РФ. Ст.ст.381 и 383 ГПК РФ устанав­ливают правило об отказе в передаче кассационной жалобы на рассмотрение в судебное заседание суда кассационной ин­станции. Однако этот вопрос судья кассационной инстанции решает единолично и, таким образом. в данном случае он еди­нолично осуществляет правосудие, постановляя Определение об отказе. Исходя из смысла ст.381ГПК РФ это определение подлежит обжалованию, что подтверждается ч.3 этой статьи, когда вышестоящие по должности судьи (Председатель ВС РФ и его заместители) вправе не согласиться с данным определе­нием, но ст.383ГПК РФ не предусматривает такого обжалова­ния, так же как и прямого запрета она не содержит. Сейчас же ситуация складывается так, что судьи не выносят дело на рассмотрение судебного заседания. Мотивы их действий нам, как правило, неизвестны - в результате налицо мнение одного судьи и часто - немотивированный отказ в правосудии и, как следствие - коррупционная составляющая. Отсутствие воз­можности обжаловать спорный судебный акт не согласуется с универсальным требованием эффективного восстановления нарушенных прав путём осуществления правосудия и не отве­чает требованиям справедливости, нарушая конституционные права граждан на судебную защиту.

При этом, обращаем пристальное внимание на выводы профессора Т. Морщаковой заслуженного юриста РФ, что в судебной системе не обеспечены процессуальные способы исправления судебных ошибок. (Впрочем, если возможны за­казные решения, то не так уж важны процессуальные способы исправления судебных ошибок!) Исправление ошибочных су­дебных решений не обеспечивается и в кассационной инстан­ции и в уголовном процессе, которая продолжает оставаться максимально избирательной (она, если захочет, может что-то исследовать заново, а если не захочет, то и не будет).

Если исходить из принципов международного права и Конституции РФ, то необходимо обеспечить право каждого на пересмотр судебного решения вышестоящей судебной ин­станцией по правилам суда первой инстанции, чтобы были проверены все выводы суда, касающиеся фактов и правиль­ности применения права. Эта возможность у нас почти отсут­ствует, за исключением арбитражной судебной системы, где апелляция все-таки действует по всем делам, и участка апел­ляционного пересмотра судебных решений по гражданским и уголовным делам, осуществляемого мировой юстицией. В результате, сохраняется возможность субъективизма судей, в том числе и на уровне высших судов.

В судебной практике зачастую возникают ситуации, когда при рассмотрении жалоб на судебные решения вообще не ана­лизируются доводы, приводимые заинтересованными участ­никами процесса, указывающими на незаконность и (или) необоснованность этих решений, но судебные инстанции их игнорируют, поскольку ст.ст.390 и 391.12 ГПК РФ устанавлива­ют конкретные ограничения в возможности установления или переоценки доказательств.

К сожалению, на сегодняшний день, Гражданский Про­цессуальный Кодекс РФ, «перекроенный» многократно, так и не решает многих концептуальных проблем судопроиз­водства: ни разрешения неопределённости информацион­ного поля, ни свободного свободного доступа к правосудию.

Остаются достаточно актуальными вопросы так называемого «электронного правосудия» - очень активно увлеклись наши центральные власти этим видом судопроизводства, забывая или не учитывая технической оснащённости и кадровых воз­можностей даже арбитражных судов не говоря уже о судах общей юрисдикции. И что такое «электронное правосудие», когда налицо правовая неграмотность достигает 80% граждан­ского общества?

Хочется обратить особое внимание на ст.ст. 193, 214, 232 ГПК РФ и судебные решения по отдельным категориям дел - как эти Акты правосудия «добираются» до заинтересован­ных лиц? Возможно, с теоретических позиций законодателя это приемлемые варианты, когда мотивировочные части су­дебных актов становятся доступными только после вступле­ния их в законную силу, но как возможна мотивировка их обжалования, если законодателем не предусмотрено понятие предварительной жалобы как это было в ГПК РСФСР. Ст. ст. 321-323 ,378 ГПК РФ предъявляют определённые требования к форме и содержанию жалоб и предусматривают неблагопри­ятные последствия при их несоблюдении, что влечёт к затяги­ванию их рассмотрения, да и к субъективизму судейского ус­мотрения. Почему в АПК РФ вопрос о доступности судебных актов арбитражных судов не вызывает критики у участников процесса, тогда как в гражданском процессе эти вопросы у практических работников вызывают постоянные правоприме­нительные проблемы и за такой длительный период действия ГПК и АПК РФ не разрешены проблемы рассылки судебных актов заинтересованным лицам.

Не всё благополучно и при реформе мирового суда, по­скольку суть этих изменений сводится к тому, что мировой су­дья вправе выносить свои решения по гражданским делам без мотивировочной части, то есть без указания правового обо­снования, без оценки доказательств, тогда как судебный при­каз приравнивают к судебному решению, который признаётся как акт правосудия. Полагаем, что судебный приказ не может являться Актом Правосудия, поскольку он нарушает консти­туционные права граждан на судебную защиту. Проведённый анализ данных и других норм позволяет судить о том, что та­кое реформирование не решает давно назревших проблем су­дебного процесса, качестве подготовки судей и не затрагивает вопросы о справедливости права и статусе судебного решения. При таком реформировании российской судебной системы оправдана позиция М. Каткова который говорит о том, что «Слово реформа понимают в смысле улучшения существую­щего порядка. Конечно, по идее предполагается, что всякие новые уставы должны быть лучше старых. Зачем же, в самом деле, сочинять новые уставы, если они не лучше старых? И тем не менее, произвести реформу и действительно улучшить по­ложение дел, это совсем не одно и то же. Реформа означает только изменение существующего порядка, а обратиться ли это изменение к лучшему или худшему - это иной вопрос». По нашему мнению ряд реформ гражданского судопроизвод­ства не ведёт к улучшению.

Возможно, стоит нашим законодателям прислушаться к словам Д. А. Туманова, точку зрения которого мы, юристы, практикующие не один десяток лет, поддерживаем полно­стью: «С большим сожалением нужно отметить, что в про­цессуальном законодательстве наметилась тенденция свиде­тельствующая о том, что законодатель, внося многочисленные и регулярные изменения в ГПК и АПК пытается сделать про­цесс максимально удобным для судейского корпуса, совер­шенно забыв о процессуальных гарантиях тяжущихся об их интересах, т.е. именно о тех, кто ищет судебной защиты. Законодатель наверное забыл, что судебная система создана для за­щиты интересов различных субъектов права и обращающихся в суд с тем, чтобы найти эту защиту в суде, а не наоборот. Ана­лиз норм гражданского процесса свидетельствует о том, что наш гражданский процесс становится похожим всё больше не на правосудие, которое должно осуществляться в строгой процессуальной форме, гарантирующей соблюдение прав участников процесса, а на некую деятельность чиновников, вы­полняющих не очень приятную обязанность. И главное в этой деятельности - скорость, а не правильное разрешение спора и защита прав заинтересованных лиц, обратившихся за этой защитой. К сожалению эти тенденции получили развитие и закрепление в процессуальных кодексах РФ.

КУШАРОВА Маргарита Прокопьевна
кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Новосибирского государственного технического университета; доцент кафедры гражданского и предпринимательского права юридического факультета Новосибирского государственного университета экономики и управления



   

Бесплатная горячая линия 24/7

+8 (800) 500-27-29 доб. 507
Для жителей Российской Федерации

+7 (499) 653-60-72 доб. 665
Для жителей Москвы и МО

+7 (812) 426-14-07 доб. 423
Для жителей Спб и области

Юридические статьи

Адвокатура
Адвокатура и нотариат
Адвокатская деятельность и адвокатура
Авторское право
Антикоррупционное право
Антимонопольное право
Актуальный вопрос
Аграрное право
Арбитражный процесс
Агентство правовой информации «человек и закон»
Бизнес и право
Безопасность и право
Бюджетное право
Гражданский процесс
Гуманитарные права
Гражданское общество
Гражданско-процессуальное право
Государство и политические партии
Договорное право
Дискуссионный клуб
Евразийская интеграция
Евразийская адвокатура
Евразийская безопасность
Евразийская толерантность
Евразийское сравнительное право
Евразийская геополитика и международное право
Европейское право
Корпоративное право
Конституционное и муниципальное право
Криминалистика
Криминология
Криминалистика и оперативно-розыскная деятельность
Конституционное право
Муниципальное право
Миграционное право
Международное экономическое право
Международное экологическое право
Мусульманское право
Мнение нашего эксперта
Международное инвестиционное право
Международная практика
Международное морское право
Международное публичное право
Международное частное право
Право стран СНГ
Право ЕС
Право зарубежных государств
Право Европейского Союза
Право зарубежных государств
Международное гуманитарное право
Национальная безопасность
Общие права человека
Образовательное право
Обычное право
Профессиональная защита
Права детей
Правовая реформа
Психология и право
Проблемы юридического образования
Права человека
Право и образование
Прокурорский надзор
Правоохранительные органы
Право и безопасность
Приглашение к дискуссии
Право народов
Педагогика и право
Право интеллектуальной собственности
Парламентское право
Право и политика
Предпринимательское право
Природоресурсное право
Рецензии
Религия и право
Страницы истории
Слово молодым ученым юристам-международникам
Социология и право
Судебная экспертиза
Судопроизводство
Социальные права
Судоустройство
Сравнительное право
Инновационное право
Информационное право
История государства и права
История права
Избирательное право
Исполнительное производство
Интерэкоправо
Уголовный процесс
Уголовное право и криминология
Уголовно-процессуальное право
Уголовный процесс и криминалистика
Уголовно-исполнительное правоотношение
Уголовно-исполнительное право
Уголовное судопроизводство
Теория прав человека
Теория и история государства и права
Таможенное право
Теория права и государства
Теория
Трибуна молодого ученого
Философия права
Федеративные отношения
Экологическое право
Юридическая наука
Юридические конференции
Юридическая практика
Ювенальная юстиция
Юридическое образование
Юридическая этика
Ювенальное право

Самое читаемое


Бесплатная горячая линия 24/7

+8 (800) 500-27-29 доб. 507
Для жителей Российской Федерации

+7 (499) 653-60-72 доб. 665
Для жителей Москвы и МО

+7 (812) 426-14-07 доб. 423
Для жителей Спб и области

Генеральный партнер

 


12.00.00 Юридические науки

08.00.00 Экономические науки

09.00.00 Философские науки