Юридическая консультация по вопросам миграции

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Юридические статьи Право зарубежных государств Приоритетная реализация интересов детей в процессе их усыновления (удочерения) по законодательству штатов США

Приоритетная реализация интересов детей в процессе их усыновления (удочерения) по законодательству штатов США

 

Прежде чем анализировать проблематику выражения интересов детей и их реализации в процессе усыновления (удочерения) в законодательстве тех или иных штатов Америки, целесообразно хотя бы крат-ко обозначить авторское понимание современного смысла, содержания термина «интересы детей» и их приоритетного обеспечения нормами международного, национального семейного, ювенального, гуманитарного права.

Положение о приоритете интересов детей при регулировании семейных и непосредственно связанных с ними социальных, воспитательных, иных гуманитарных отношений возведено в ранг основополагающего принципа международного семейного, ювенального права соответствующего законодательства современных государств. Данный принцип является универсальным ориентиром в правоприменительной практике деятельности органов ювенальной юстиции.

Ныне в судебных решениях, в том числе принимаемых и российскими судами по проблемам детей, трудно найти то, где бы не использовался термин «исходя из интересов детей».

В современном российском семейном, ювенальном законодательстве наряду с термином «интересы детей» активно используется понятие «законные интересы детей».

В статье 54 Право ребенка жить и воспитываться в семье Семейного кодекса Российской Федерации используется термин «интересы детей»,  тогда как в статье 56 Право ребенка на защиту данного кодекса применен термин «законные интересы детей». 

Как нам представляется, законодатель тем самым указал на некие различия в этих терминах. Очевидно, что к номинации законных интересов детей отнесены те из них, которые подпадают под защиту со-ответствующих правоприменителей и могут также защищаться, при определенных условиях, самим ребенком.

Но активное использование в российском семейном, ювенальном законодательстве терминов «интересы ребенка», «законные интересы ребенка» порождает немало практических правоприменительных проблем и теоретико-правовых дискуссий.

В статье 54 Право ребенка жить и воспитываться в семье Семейного кодекса Российской Федерации записано: «Ребенок имеет права на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства».

В этом положении сформулированы четыре фундаментальных права ребенка, которые, согласно статье 17 Конституции Российской Федерации, неотчуждаемы и принадлежат каждому ребенку от рождения. Но это значит, что они не нуждаются в том, чтобы обозначаться в качестве законных интересов, ибо, согласно статье 18 Конституции Российской Федерации, права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими.

Но апелляция к конституционным нормам не снимает существующих проблем, причем не только терминологического характера. Данные фундаментальные права ребенка в возрасте до 18 лет реализуются им самим, в их реализации участвуют взрослые члены семьи, соответствующие государственные органы, а в цивилизованном обществе и институты, организации гражданского общества.

И, вероятно, у каждого из них формируются свои субъективные представления о содержании изложенных в официальных нормативных правовых документах терминов. К примеру, уместна постановка во-проса о значении термина «всестороннее развитие ребенка». Что значит всестороннее? Включает ли данный термин какие-то уточняющие характеристики – всестороннее гуманистическое, всестороннее прогрессивное, всестороннее конструктивное и т.д.?

Подобные вопросы, безусловно, возникают и тогда, когда необходимо осмысление содержания тезиса о том, что ребенок имеет право на обеспечение кем-то и чем-то его интересов. Каких? Материальных? В каком объеме? Духовных? В какой сфере? И эти вопросы, с которыми постоянно и повсеместно сталкиваются все те, кто пытается, с той или иной мерой успешности, понять интересы детей, степень их конструктивности и участвовать в их реализации. И на этом приземлено-утилитарном уровне, когда реализация интересов детей требует не только принятия соответствующих законов, судебных решений, но и самых разнообразных ресурсов, мы начинаем осознавать, что без термина «законные интересы» нам невозможно реализовывать права детей. Понятие «законный интерес», вступая в некоторое противоречие с духом права, с правом как должным, ориентирует субъектов семейного, ювенального права на существующую социально-правовую реальность, на текущие возможности государства, других субъектов обеспечивать реализацию «законных интересов детей».

И хотя в современном американском законодательстве очень редко используется термин «законные интересы детей», он, безусловно, актуален в мировоззренческо-правовом смысле, ибо учитывается при раз-работке и реализации политики государства в сфере семейного и ювенального права.

Но при этом важно понимать то обстоятельство, что американское государство не доминирует в сфере социальной, правовой ответственности за реализацию интересов детей, как это происходит в России. Бремя этой ответственности распределено между биологическими родителями ребенка, его первичной семьей, предельно автономными, самодостаточными судами, федеральными и штатными органами законодательной, исполнительной власти, соответствующими структурами гражданского общества.

В законодательстве штатов Америки приоритетность интересов детей в процессах их усыновления (удочерения) не ограничивается лишь некими общими формулировками, нередко весьма декларативного характера, как это встречается в российском законодательстве, а получает развитие, конкретизацию в соответствующих юридических, правоприменительных механизмах и технологизированных процедурах.
Стоит заметить, что американская идеология усыновления (удочерения) детей, основанная на специфическом менталитете социума как «плавильного котла», на либерально-индивидуалистических ценностях, существенно отличающихся от менталитета и от ценностей российского общества, не может да и не должна в полном объеме адаптироваться к современной российской действительности.

Но эта идеология, практика ее воплощения в соответствующем законодательстве штатов Америки, в процедурах усыновления (удочерения) детей могут и должны быть предметом творческого анализа и осмысления как повод для модернизации системы нормативных правовых документов, регламентирующих в нашей стране процедуры усыновления (удочерения), ибо сравнение – это одно из условий качества и правотворчества и практического применения норм семейного, ювенального права, регулирующих предельно сложные, деликатные отношения по поводу усыновления (удочерения) детей.

Не претендуя на полноту анализа проблематики интересов детей, их биологических родителей, потенциальных, реальных усыновителей, других субъектов, участвующих в процедурах усыновления (удочерения) детей, рассмотрим лишь некоторые из наиболее актуальных, по нашему мнению, проблем, причем как теоретического, так и практического характера, отраженных в соответствующих нормах законодательства штатов Америки.

Своеобразное концептуальное ядро ювенального, семейного законодательства США как федерального уровня, так и уровня штатов Америки образуют ценности гармоничного свободного, ответственного развития личности и семейного благополучия в его, соответственно, американском понимании.

Свободная ответственная семья как союз гармонично развивающихся индивидов – основа благополучия и государства, и гражданского сообщества, а не просто ячейка государства и общества.

Эти ценности образуют своеобразный ментальный фон, на котором и формируются интересы индивидов, членов тех или иных ассоциаций в сфере усыновления (удочерения) детей.

Рассмотрим, как, каким образом приоритетность интересов детей отражается в соответствующих нормах законодательства штатов Америки, и одновременно как оптимизируются интересы других участников процедур усыновления (удочерения) детей.

В законодательстве штата Айдахо особо выделены интересы штата, интересы незамужней матери по поводу будущего своего новорожденного ребенка, интересы приемных детей, интересы приемных родите-лей, интересы неженатого биологического отца ребенка.
Законодательная власть, – записано в одном из законов штата, – считает, что права и интересы всех сторон, на которые распространяется эффект процедуры усыновления, должны быть рассмотрены и отрегулированы для выяснения, какие конституционные защитные меры и процедуры необходимы и достаточны.

Законодательная власть штата, по сути, определяет ориентиры для практики усыновления (удочерения) детей, в соответствии с которыми права, интересы основных субъектов усыновительных действий должны быть рассмотрены, отрегулированы, и на этой основе должны быть приняты необходимые и достаточные меры. В тексте закона прямо не упоминается тезис о приоритете интересов детей, как это делается в международном праве, касающемся усыновления (удочерения) детей, в соответствующем законодательстве большинства цивилизованных стран, в том числе и в российском законодательстве.

Американские законодатели изложили проблематику интересов в тексте закона штата таким образом, что на первом месте помещен текст об интересах штата, на втором – об интересах незамужней матери, далее – об интересах приемных детей, приемных родителей и интересах неженатого биологического отца.

Законодатели посчитали, что в интересах штата Айдахо обеспечить стабильную и постоянную семью для приемных детей в самые короткие сроки, превентивно предотвращать прекращение приемных размещений, поддерживать в родителях чувство ответственности за удовлетворение потребностей детей.

Законодатели штата посчитали, что незамужняя мать, принимая важнейшее решение по поводу будущего своего новорожденного ребенка, обладает правом на частную жизнь и имеет право принять свое-временное и правильное решение относительно своего будущего и будущего своего ребенка, обладает правом быть уверенной в постоянстве приемного помещения ребенка.

В законе штата Айдахо записано, что приемные дети имеют право на постоянство и стабильность приемного размещения, а приемные родители обладают конституционно защищенной свободой и личными интересами в сохранении опеки над усыновленным ребенком.

В отдельный подраздел законодатели штата выделили интересы неженатого биологического отца ребенка, подлежащего усыновлению (удочерению). Отмечается, что неженатый биологический отец имеет неокончательно оформленный интерес, который получает конституционную защиту, только когда он демонстрирует своевременное и полноценное стремление выполнять родительские обязанности как во время беременности, так и после рождения ребенка. В интересах штата требовать от неженатых биологических отцов демонстрировать такое стремление путем обеспечения соответствующей медицинской помощи и материальной поддержки, установления официального отцовства в соответствии с требованиями закона.

Законодательная власть формулирует условия для определения, являются ли действия неженатого биологического отца достаточно быстрыми и существенными для того, чтобы потребовать их конституционной защиты.

Если неженатый биологический отец не может воспользоваться имеющимися у него возможностями установить отношения со своим ребенком, его биологический родительский интерес может быть полностью утрачен или значительно сокращен с точки зрения конституционной значимости в результате его не-способности своевременно ускорить процесс или строго соответствовать имеющимся законным мерам для его воплощения. В законе отмечается, что определенная степень законченности необходима для того, чтобы удовлетворить этот значительный интерес штата. Законодательная власть считает, что интерес штата, матери, ребенка и приемных родителей, описанный в законе, превышает интерес неженатого биологического отца, который вовремя не воспользовался возможностью установить и продемонстрировать отношения со своим ребенком в соответствии с требованиями данного закона.

Неженатый биологический отец несет изначальную ответственность по защите своих прав.

Предполагается, неженатый биологический отец знает о том, что ребенок может быть усыновлен без его согласия до тех пор, пока его действия не находятся в строгом соответствии с положениями закона, а он сам не демонстрирует быстрого и полноценного стремления выполнять свои родительские обязанности и не устанавливает отцовство.

Законодательная власть считает, что незамужняя мать имеет право на частную жизнь в отношении своей беременности и плана усыновления и, следовательно, не имеет законного обязательства открывать личность неженатого биологического отца до или во время процедуры усыновления или добровольно предоставлять суду информацию об отце.

Законодатели данного штата Америки стремились, как нам представляется, изложить идеи, принципы о том, что и в формировании интересов ребенка, и в их реализации заинтересованы и, одновременно, ответственны, и власти штата, и родители, и предполагаемые усыновители, и соответствующие службы, как правило, негосударственные, вовлеченные в процедуры усыновления (удочерения) детей.

Каждый из этих субъектов свободен в выборе моделей поведения при усыновлении (удочерении) детей и одновременно ответственен за то, чтобы данные процедуры отвечали прежде всего интересам ребенка.

В сложившейся американской практике усыновления (удочерения) детей важная роль принадлежит агентствам по усыновлению, как правило, частным. В законодательстве штатов уделено особое внимание определению идеологии и регламентации их деятельности.

В законодательстве штата Массачусетс для лицензированных агентств, выполняющих услуги по усыновлению, определены следующие основные цели:
а) административная и фискальная компетентность;
б) идеология и деятельность направлена на укрепление семьи, обеспечения заботой о детях;
с) персонал агентства должен быть квалифицированным и компетентным для работы с усыновителями, биологическими родителями и опекунами, работа должна быть направлена на обеспечение ребенка безопасностью при подготовке к размещению;
д) окружение заботой, которая предусматривается обязательством обеспечить ребенка временным воссоединением с биологической семьей или другим размещением, при этом размещая детей в семьи с аналогичной культурой, когда это соответствует интересам ребенка;
е) создание условий для взаимодействия и уважения семей, которые рассматриваются как постоянные или временные для размещения детей.

В процедурах усыновления (удочерения) детей, в целях более эффективной реализации их интересов используются методы так называемого пробного периода их совместного проживания в предполагаемом приемном доме, с предполагаемыми родителями.

В законодательстве штата Род-Айленд сформировано положение о том, что никакое ходатайство не может быть удовлетворено, пока ребенок не прожил шесть (6) месяцев в предполагаемом приемном доме. Однако это условие может не исполняться, и суд может удовлетворить ходатайство по достаточным основаниям, если доказано, что предполагаемый приемный дом и ребенок хорошо подходят друг другу.

При этом отмечается, что для целей размещения ребенка в дом усыновителей ребенок должен быть помещен в приемный дом такой религиозной ориентации, которая была указана родителями, если они это сделали, в случае если это совместимо с практическими соображениями. В случае если биологический родитель/ли не воспользовались своим правом указать религию для своего ребенка, этим правом наделяется государственное или лицензированное агентство по размещению детей, которое должно воспользоваться им в интересах ребенка.

Детально прописанные нормы, процедуры пробного или подготовительного этапа усыновления (удочерения) детей, причем весьма длительного по времени, содержатся в соответствующем законодательстве всех штатов Америки.

В большинстве законов штатов об усыновления (удочерения) детей сформулированы положения о том, что при выборе будущих приемных родителей следует обращать особое внимание на совместимость менталитета ребенка и членов новой семьи, на совместимость их религиозных ориентаций, социокультурных ценностей, стилей поведения.

Рассмотрим еще один фрагмент из законодательства штата Род-Айленд, содержание которого так-же раскрывает механизмы юридического обеспечения интересов детей.

Когда родитель или родители должны разместить ребенка к лицу или лицам иным, чем отец, брат, сестра, дядя, тетя, бабушка или дедушка, отчим или мачеха  в целях усыновления, лицо или лица, к которым был размещен ребенок для усыновления, должны в течение пятнадцати дней с момента размещения известить департамент по делам детей, подростков и семей о размещении. Если это лицо преднамеренно пренебрегает или отказывается сделать такой доклад в течение пятнадцати дней, будет считаться, что оно совершило нарушение закона и находится в противоречии с интересами ребенка. Когда департамент полу-чает такое извещение или извещение из любого другого источника, что лицо или лица, с которыми размещен ребенок, отказываются или пренебрегают сделать доклад в течение пятнадцати дней со времени размещения, он должен произвести надлежащее расследование обстоятельств. Результаты расследования должны быть направлены в суд по делам семьи в течение шестидесяти дней со дня получения извещения департамента. Семейный суд после извещения надлежащим образом родителя или родителей и лица или лиц, с которыми размещен ребенок, должен провести слушание, чтобы определить, соответствует ли это размещение интересам ребенка. Если суд находит, что размещение не соответствует интересам ребенка или противоречит закону, он должен приказать, чтобы ребенок был возвращен родителю или родителям или размещен в ведение департамента или лицензированного агентства по размещению детей или любым другим образом, который суд сочтет соответствующим интересам ребенка.

И эта процедура также создает дополнительные юридические гарантии того, что будет обеспечиваться приоритетность интересов ребенка.

Вместо заключения по поводу того, каким образом законодатели различных штатов Америки обеспечивают нормами права защиту интересов детей в процессах их усыновления (удочерения), воспроизведем еще одно положение из закона штата Массачусетс, где речь идет о пакете информационно-аналитических, диагностических материалов, без которых суд не примет решения о начале длительной процедуры усыновления (удочерения) ребенка.

В этот пакет входят:
— информация соответствующего эксперта об эмоциональной стабильности и совместимости заявителей (будущих усыновителей);
— социальная, образовательная и медицинская история заявителей;
— данные о составе семьи (включая домашних животных), описание дома, включая спальные зоны, и приспособленность собственных детей заявителей, если таковые имеются;
— информация об отношении семьи к усыновляемому ребенку или ребенку, принимаемому под опеку; отношения заявителей со всей семьей, включая родственников и их отношение к принятию усыновляемого ребенка или ребенку, принимаемому под опеку;
— информация о наличии родительских навыков, включая воспитание и дисциплину;
— информация об отношении членов семьи к биологическим родителям и их возможным визитам;
— три рекомендательных письма;
— письменное заключение от лицензированного врача о состоянии здоровья каждого члена семьи;
— документ от заявителей-усыновителей об их финансовой способности заботиться об усыновлен-ном ребенке;
— заключение лицензированного работника о способности усыновителей принятия физических, эмоциональных, возрастных и образовательных нужд ребенка или детей; рекомендации по поводу возраста, пола и характеристик ребенка, которого усыновители могут принять и обеспечить всем необходимым.

Добавим лишь, что подготовленный персонал частных агентств по усыновлению, а также государственные департаменты по делам семьи и детства осуществляют постоянный мониторинг приоритетного обеспечения интересов детей и тогда, когда принято судебное решение об их усыновлении (удочерении).

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 5 (48) 2012



   


О портале:

Компания предоставляет помощь в подборе и прохождении наиболее выгодной программы иммиграции для получения образования, ведения бизнеса, трудоустройства за рубежом.

Телефоны:

Адрес:

Москва, ул. Косыгина, 40

office@eurasialegal.info