ридическая консультация по вопросам миграции

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Юридические статьи Евразийская интеграция Евразийское эколого-правовое пространство

Евразийское эколого-правовое пространство

Преодоление последствий мирового финансового и эко­номического кризисов предполагает привлечение внимания к правовым аспектам усиления интегративных процессов в рамках Союза независимых государств, Организации Дого­вора о коллективной безопасности, Евразийского экономи­ческого сообщества, таможенного союза, Единого экономи­ческого пространства и др. Уместно напомнить, что первым актом Содружества Независимых Государств в 1992 г. был до­говор о сотрудничестве в сфере охраны окружающей среды и природопользования, по которому участники готовились обмениваться экологической информацией, предупреждать друг друга об аварийных выбросах и загрязнениях, оказывать помощь друг другу для ликвидации их последствий, для вос­становления природы и рационального использования при­родных ресурсов. В связи с глобализацией природопользова­ния, особенно добычи минеральных ресурсов, заметное место приобретают гуманитарные, общечеловеческие вопросы эко­логии, которая неминуемо присутствует в программах госу­дарств, территории которых образуют некое евразийское про­странство, характерное своими правовыми и экологическими особенностями.

Попытки установления экологического правопорядка предпринимаются и в более широком масштабе - на плане­тарном уровне в виде принятия хартии Земли, деклараций ООН и ее учреждений, в пределах материков, например, европейских конвенций, в рамках экологических систем, на­пример, договоров об охране Черного, Азовского, Каспийско­го, Аральского, Балтийского и других морей, иных водоемов, заповедных территорий, ценных пород рыб, об учете иных редких и находящихся под угрозой исчезновения растений, животных и других организмов, о предупреждении переноса по воздуху трансграничных загрязнений, о борьбе с опустыни­ванием, заболачиванием, саранчой.

После принятия 14 июня 1992 г. в Рио-де-Жанейро Декла­рации ООН по окружающей среде и развитию в Беларуси, Ка­захстане, Украине, России и др. в 1990-ых гг. было принято не­мало актов об устойчивом развитии, понимаемом различно в разных странах: намечаемые в них меры и этапы носили доста­точно общий характер, но не должны игнорироваться, а их ре­ализация проецироваться на Йоханнесбургскую декларацию Всемирного саммита по устойчивому развитию от 4 сентября 2002 г., на итоги экологического форума «Одесса-Рио+20», со­стоявшегося в 2012 году, на эколого-правовое развитие конти­нентов и субконтинентов. Немаловажным и перспективным является обеспечение выполнения экологических приорите­тов, задач и принципов, заложенных в национальных страте­гиях социально-экономического развития евразийских госу­дарств на ближайшие десятилетия.

В настоящее время большинство государств активизиро­вали свои усилия по определению перспектив и планирова­нию своего экологического развития, обеспечению суверенных прав на недра, леса и другие природные ресурсы, разумному и достаточному сочетанию национальной экологической по­литики с мировыми природоохранными мерами, чему посвя­щено немало исследований в России, Беларуси, Казахстане, Украине, Узбекистане и др.

В конституциях государств евразийского континента от­ражено отношение обществ к окружающей среде. Экология предусматривается в Конституции Российской Федерации - в ст. 71 (наряду с программами в области государственного, экономического, социального, культурного и национального развития Российской Федерации), ст. 114 (как функция пра­вительства по проведению единой государственной политики наряду с культурой, наукой, образованием, здравоохранени­ем, социальным обеспечением), ст. 9, 36, 42 и др. Принципы, направления и средства охраны окружающей среды конкрети­зируются в Федеральном законе от 10 января 2002 г. «Об охра­не окружающей среды» и других федеральных законах, в нор­мативных правовых актах субъектов Российской Федерации.

Немало экологических принципов и норм заложено в Конституции Республики Беларусь, согласно ст. 55 которой предусматриваются обязанности каждого сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к земле и иным при­родным богатствам, и эта доктрина сочетания экологических прав и обязанностей служит краеугольным камнем эколого­правового развития евразийских государств. В Законе Респу­блики Беларусь от 26 ноября 1992 г. «Об охране окружающей среды» предусматриваются отдельные ст. 4 «Основные прин­ципы охраны окружающей среды» и ст. 7 «Основные направ­ления государственной политики Республики Беларусь в обла­сти охраны окружающей среды», среди которых присутствуют обеспечение права граждан на благоприятную окружающую среду, международное сотрудничество, создание правового и экономического механизмов, стимулирующих рациональное (устойчивое) использование природных ресурсов.

Направления эколого-правового развития предусматри­ваются как в природоресурсном, так и в природоохранном законодательстве. В статье 4 «Принципы земельного законода­тельства» Земельного кодекса РК предусматриваются целост­ность, неприкосновенность и неотчуждаемость территории Республики Казахстан; сохранение земли как природного ре­сурса, основы жизни и деятельности народа РК; охрана и раци­ональное использование земель; обеспечение экологической безопасности; целевое использование земель; приоритет зе­мель сельскохозяйственного назначения; обеспечение инфор­мацией о состоянии земель и ее доступности; государственная поддержка мероприятий по использованию и охране земель; предотвращение нанесения ущерба земле или устранения его последствий; платность использования земли.

Правила реализации преимущественного права Респу­блики Казахстан на приобретение полезных ископаемых, ут­вержденные постановлением Правительства РК от 28 января 2011 г. № 38, продолжили курс на суверенное использование ее минерально-сырьевой базы, а Экологический кодекс РК от 9 января 2007 г № 212-111 обеспечил преемственность эколого­правового развития страны. Начатые в Украине, России и Бе­ларуси работы по подготовке и обсуждению проектов эколо­гических кодексов показали недостаточную перспективность подобного варианта кодификации экологического законода­тельства в этих странах на настоящем этапе.

Регулярно принимаются нормативные правовые акты, направленные на регулирование и совершенствование эко­логических отношений. Третьего декабря 2003 г. принят Указ Президента РК 1241 «О Концепции экологической безопас­ности Республики Казахстан на 2004 - 2015 годы», 10 октября 1997 года оглашено Послание Президента народу Казахстана «Казахстан - 2030: процветание, безопасность и улучшение благосостояния всех казахстанцев» (город Астана). Тридцато­го апреля 2012 года Президентом РФ утверждены Основы го­сударственной политики в области экологического развития России на период до 2030 года, к их реализации регулярно об­ращаются в Совете Федерации и Государственной Думе Феде­рального Собрания. Постановлением Верховного Совета РБ от 6 сентября 1995 г. утверждена Концепция государственной по­литики Республики Беларусь в области охраны окружающей среды. В связи с этим предстоит научное обеспечение формы и содержания экологической политики Казахстана, России и Беларуси, ее основ. Главное - научно обосновать совмещение экономических и экологических интересов общества, где роль права возрастает.

В Концепции безопасности Союза Беларуси и России, утвержденной решением Высшего Совета Союза Беларуси и России от 28 апреля 1999 г. № 3, названы жизненно важные интересы Союза в экологической сфере: защита здоровья на­селения от неблагоприятных воздействий ухудшающегося состояния окружающей среды; сохранение биологического и видового разнообразия флоры и фауны на территории госу- дарств-участников; обеспечение рационального и экологиче­ски безопасного природопользования; устранение негативных последствий для окружающей среды и населения, возникших в результате появления долговременных экологически опас­ных зон, аварии на Чернобыльской АЭС, испытаний ядерного оружия, других аварий и катастроф, их локализация и ликви­дация; участие в решении актуальных экологических проблем глобального характера; снижение экологически опасных отхо­дов, недопущение неконтролируемого ввоза таких отходов на территорию Союза третьими странами.

Можно прогнозировать и учитывать основные факторы, создающие угрозы безопасности на евразийском пространстве в экологической сфере. Это - ускорение процесса истощения природных ресурсов, деградация возобновляемых ресурсов природы; рост масштабов и опасных последствий техногенно­го влияния, в том числе вследствие износа производственного оборудования, использования устарелых технологий, сниже­ния технологической и трудовой дисциплины; расширение ареалов с опасными для проживания человека и производ­ства продуктов питания природными условиями; отсутствие эффективных технологий и оборудования по переработке опасных отходов производства и потребления, приводящее к химическому, радиоактивному, механическому, электромаг­нитному загрязнению атмосферы, воды и суши; стремление третьих стран использовать территории государств для захо­ронения вредных промышленных отходов и размещения эко­логически опасных производств и технологий.

 

Среди приоритетных направлений обеспечения эколо­гической безопасности следует обеспечивать взаимодействие государств в разработке методов выявления, оценки и про­гнозирования экологических угроз, оперативной выработке и реализации мер по их предупреждению; создание и разви­тие эффективной системы экологической реабилитации зон экологического бедствия и оказания необходимой помощи проживающему в них населению; создание системы контроля над перемещением по территории государств ядерных мате­риалов, источников радиоактивного излучения, сильнодей­ствующих, ядовитых веществ и опасных отходов; повышение эффективности борьбы с экологическими преступлениями; формирование гармонизированного (может быть, унифици­рованного) природоохранного законодательства. Документы о совместных экологических действиях могут быть дополнены соответствующими и подходящими к данному случаю поло­жениями концепций национальной безопасности РБ, РК, РФ, утвержденных указами глав государств.

Понятно, что экологическая политика на обозреваемом пространстве не должна быть механической суммой слагае­мых - экологических политик государств, которые имеют не­мало общих черт ввиду, во многом, исторической, этнической, географической, политической и иной общности, но и некото­рые различия, обусловленные масштабом территорий, состоя­нием экономик, характером государственного и политического устройства, уровнем социального и правового развития, обеспе­ченностью ресурсами. Кроме того, сближение, гармонизация, унификация экологических законодательств должны учитывать их участие в более чем в трех десятках международных природо­охранных, в том числе различных, соглашений, конвенций.

Так, в РК и РБ утверждена Конвенция о доступе к инфор­мации, участии общественности в процессе принятия реше­ний и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окру­жающей среды (Орхусская конвенция), в то время как Россия, активно участвовавшая в разработке и обсуждении ее проек­та от подписания воздержалась. В Казахстане и Беларуси не­мало сделано для ее реализации - созданы центры соответ­ствующего мониторинга, принимаются меры к расширению экологической информации, в том числе о залежах полезных ископаемых и выставлении их на торги, осуществляется спе­циализация судей и др.; в настоящее время в Министерстве природных ресурсов и экологии РФ вновь обсуждается вопрос о ратификации Орхусской конвенции.

Эколого-правовые меры государств евразийского кон­тинента призваны, аккумулируя вклад каждого, иметь новое качество, приобрести конструктивный, конкретный и пер­спективный характер, устраняющий декларативность, конъ- юнктурность, учитывающий создание единого экономическо­го, правового, таможенного, оборонительного, экологического пространства. Заслуживают внимания наработанные и обо­снованные предложения об отражении необходимости спра­ведливого и социального характера природопользования, нормировании ресурсопотребления, ответственности госу­дарств, народов и государственных образований за состояние окружающей среды на их территориях.

Могут быть предложены несколько тезисов, обусловлен­ных соседством и единой исторической судьбой наших стран. Разумеется, эти сюжеты не исключают и других составляю­щих парадигм, учитывающих юридическую культуру, национальное самосознание и идентификацию народов, их стремление к суверенному развитию, потенциальное право государств на вхождение в различные союзы политического и экономического свойства, возможную разницу в мировоз­зрениях слоев населения и позициях элит, их отношениях к закону, к праву, к сбережению природы как общего богатства и признанного необходимого блага для надлежащего совре­менного качества жизни.

Восприятие традиций и системы континентального пра­ва в Российской империи и в Советском Союзе формировали на наших территориях утрированное представление населе­ния о превосходстве иерархии и всесилии системы правовых актов, верховенстве нормативно-правовой базы, спускаемых сверху для добросовестного исполнения. Регулярно вносятся предложения об их совершенствовании, изменении, допол­нении, принятии новых законов вместо прежних, о создании концепций, доктрин, стратегий, которые, якобы, только и могут решать возникающие неотложные проблемы. В боль­шинстве случаев их авторы не всегда вникают в существующие нормативные правовые акты, в нормативные документы на ту же тему, не обременяют себя проверкой их исполнения либо изучением причин бездействия, что требует определенной квалификации, терпения, усердия, времени, умения, навыков. Написать новый текст на заданную тему порой бывает легче, чем изучить предыдущий текст и провести анализ состояния эффективности реализации его предписаний.

Поэтому одним из основных правовых пожеланий для процветания Евразии можно считать перенесение центра вни­мания с подготовки и принятия новых актов на инвентаризацию имеющихся актов, на анализ их норм и хода их соблюдения, ис­полнения, использования, применения, на выявление причин и оснований слабой эффективности предписаний, на наличие в актах пробелов, несогласованностей, коллизий, дублирования, на их устранение. Эта цель совпадает с решением проблемы гармонизации и унификации нормативных правовых актов, принятых в сфере природопользования и охраны окружающей среды. Некоторые меры в этом направлении принимаются; на­пример, в постановлении Совета Министров РБ от 19 мая 2010 г. №755 рассматриваются меры по реализации Закона РБ от 9 ноября 2009 г. «О государственной экологической экспертизе».

Провозглашенная задача перенесения усилий не на при­нятие, а на неуклонную и всеобщую реализацию нормативных правовых актов будет означать коренное отличие нашего эколо- го-правового образования от других постсоветских образований с их весьма многочисленными правовыми актами (в том числе модельными, которые мало востребуются). Неотвратимость реализации актов сократит их количество, повысит исполня- емость, авторитет и эффективность закона, обеспечит надле­жащий мониторинг правоприменения и законность, придаст больший политический вес представительным, исполнитель­ным и правоохранительным органам государств. «Попусту за­коны писать, коли их не исполнять», - любил говорить Петр I.

Второе предложение, вытекающее из первого, сводит­ся к упрочению прав собственности на природные ресурсы в государствах, где в конституциях признаются и защищаются государственная, частная и иные формы собственности. В ча­сти 1 статьи 9 Конституции РФ предусматривается, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соот­ветствующей территории. В статье 8 Конституции РФ гаран­тируется единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддерж­ка конкуренции, свобода экономической деятельности, при­знание и защита равным образом всех форм собственности. В то же время согласно статье 34 Конституции РФ не допускает­ся экономическая деятельность, направленная на монополи­зацию и недобросовестную конкуренцию. Подобные нормы имеются и в конституциях, законах других государств.

В ст. 6 «Земельное законодательство» ЗК РК, как и в ряде дру­гих государств евразийского пространства, предусматриваются: осуществление субъектами земельных отношений принадлежа­щих им прав не должно наносить вред земле как природному ресурсу и иным объектам окружающей среды, а также правам и законным интересам других лиц; имущественные отношения по владению, пользованию и распоряжению земельными участка­ми, а также по совершению сделок с ними регулируются граж­данским законодательством РК, если иное не предусмотрено земельным, экологическим, лесным, водным законодательством РК, законодательством РК о недрах, о растительном и животном мире, особо охраняемых природных территориях; установлен­ные законами права физических и юридических лиц не могут ограничиваться актами государственных органов.

В представлении большинства граждан евразийских стран термин священности и неприкосновенности относится преимущественно к частной собственности, что вырабатыва­лось веками по мере ее зарождения и развития в условиях пре­одоления феодализма и крепостничества. Но обозначенное в конституциях равное отношение к формам собственности, предусмотренные в гражданских кодексах многочисленные средства и способы ее защиты относятся как к частной, так и к государственной и иным формам собственности. Поэто­му возникшее за два последних десятилетия в наших странах многообразие форм собственности предполагает завершенное оформление и соответствующее укрепление, упрочение не только нарождающейся, восстанавливаемой и, как бы требую­щей повышенной охраны частной, но и государственной, иных публичных форм собственности, может быть, прежде всего на природные ресурсы и объекты.

Применительно к разным природным ресурсам и при­родным объектам в Казахстане, Беларуси, России, Узбекиста­не, Украине и др. имеются различные сочетания видов владе­ния, пользования и распоряжения ими. Частная собственность получает наибольшее распространение в сфере земельных отношений, где десятки миллионов граждан и юридических лиц являются собственниками земель под садами, огородами, дачами, жилыми домами, сельскохозяйственных угодий, хотя и здесь наибольшие площади земельных участков относятся к государственной собственности. В РФ имущественный оборот земельных участков регулируется в ГК РФ 1994 г. и в Земель­ном 2001 г., Градостроительном 2004 г. кодексах РФ.

В Водном кодексе РФ 2006 г. предусматривается возмож­ность нахождения в частной собственности прудов и обводнен­ных карьеров, иных водоемов, расположенных на земельном участке, находящемся в частной собственности. Остальные во­дные объекты, а их подавляющее большинство, принадлежат Российской Федерации, субъектам РФ и муниципальным об­разованиям. Объекты животного мира согласно Федерально­му закону «О животном мире» 1995 г. и ГК РФ могут быть в частной собственности, если они находятся в полувольных ус­ловиях или изъяты из окружающей природной среды и стали домашними животными. Лесные участки в соответствии с Лес­ным кодексом РФ 2006 г. находятся в государственном лесном фонде и могут сдаваться в аренду. Государству принадлежат в РФ ее недра согласно Закону РФ «О недрах» 1992 г.

Земельный, Лесной, Водный кодексы РБ, ее законы о не­драх, о животном мире также содержат основополагающие положения о собственности на природные ресурсы и объекты. Кодекс Республики Беларусь о земле от 23 июля 2008 г. для луч­шего понимания и толкования текста предписаний включает разъяснение основных терминов и понятий, дающих некоторое представление о характере регулирования публичных и частных интересов в сфере земельных отношений в РБ, что немаловажно для обеспечения охраны природных ресурсов и всей окружа­ющей среды. Так, даются определения, что означают аукцион, близкие родственники, вид земель, государственные нужды, го­сударственный земельный кадастр, государственный контроль за использованием и охраной земель, деградация земель, земель­но-информационная система РБ, земельный контур, кадастро­вая оценка и стоимость земель и земельного участка, решение об изъятии или предоставлении земельного участка, равноценный земельный участок, эффективное использование земельного участка. Развернутые определения терминов имеются и в ЗК РК.

В объекты земельных отношений, подлежащих регулиро­ванию, включаются ограничения (обременения) прав на земель­ные участки, в том числе сервитуты. Согласно ст. 5. «Основные принципы земельных отношений» Кодекса РБ о земле к ним относятся: государственное регулирование и управление в обла­сти использования и охраны земель, в том числе установления единого порядка изъятия и предоставления земельных участков, перевода земель из одной категории в другую; приоритет ис­пользования сельскохозяйственных земель сельскохозяйственно­го назначения, земель природоохранного, оздоровительного, ре­креационного, историко-культурного назначения, лесных земель лесного фонда для целей, связанных с назначением этих земель; гласность и учет общественного мнения при принятии решений об изъятии и предоставлении земельных участков, изменении их целевого назначения, установлении ограничений (обременений) прав на земельные участки, в том числе сервитутов, затрагиваю­щих права и защищаемые законом интересы граждан.

РК, РУ и РБ не только не отказываются от государственного участия в регулировании землепользования путем установле­ния контроля над его целевым назначением, как это предла­гается рядом экспертов в РФ, но и законодательно закрепляют его контуры. Согласно ст.45 ГК Республики Беларусь указание в учредительных документах юридического лица цели его дея­тельности, в том числе в области использования земель и аграр­ного производства, является обязательным и согласно ст. 174 ГК РБ сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями его деятельности, признается судом недействительной.

В соответствии с Положением о государственной регистра­ции и ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хо­зяйствования в ред. 2007 г. юридическое лицо может указывать виды деятельности в заявлении о регистрации; если организация хочет заниматься новыми видами деятельности, не указанными в учредительных документах либо в заявлении о регистрации, она обязана до начала ее осуществления письменно уведомить об этом регистрирующий и налоговый органы. При нарушении этих требований деятельность субъектов хозяйствования соглас­но п.6 Положения прекращается. Можно предположить, что такое ограничение правоспособности сельскохозяйственных ор­ганизаций служит в ряде случаев тормозом их аграрной деятель­ности, но известен довод и о том, что хозяйствование на земле должно ограничиваться целевым и рациональным их использо­ванием, сопровождаться охраной земель, особенно повышенной применительно к сельскохозяйственным угодьям.

 

Согласно Примерного устава колхоза (сельскохозяйствен­ного производственного кооператива) РБ колхоз рационально использует землю, охраняет ее и другие природные ресурсы, заключает договора, осуществляет права и ведет те виды дея­тельности, которые отвечают целевому назначению земель и задачам его организации. Согласно его п.8 основными зада­чами колхоза являются предпринимательская деятельности, направленная на обеспечение Республики продуктами пита­ния, иными товарами, сельскохозяйственным сырьем, созда­ние условий для экономического развития колхоза. Колхоз признается организацией не государственной, а частной фор­мы собственности. Постановлением Кабинета Министров РБ утверждено Положение о порядке заключения контрактов с руководителями сельскохозяйственных предприятий негосу­дарственной формы собственности, где стороной выступают местные исполнительные и распорядительные органы, кото­рые могут координировать и контролировать использование земель. Приоритетность сельскохозяйственного использова­ния земель обусловливает внимание государств к поддержке сельскохозяйственных производителей, тем более в условиях вхождения во Всемирную торговую организацию.

Согласно ст. 1 ЗК РК от 20 июня 2003 г. № 442-11 земель­ный фонд РК в соответствии с целевым назначением подраз­деляется на категории; земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой ре­жим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответ­ствии с зонированием земель (территории). Отнесение земель к категориям, перевод земель из одной категории в другую в связи с изменением их целевого назначения производятся Правительством РК, местными исполнительными органами областей (города республиканского значения, столицы), рай­онов (городов областного значения), акимом города районно­го значения, поселка, аула (села), аульного (сельского) округа в пределах их компетенции по предоставлению и изъятию земельных участков, в том числе для государственных нужд, установленной ЗК и иными законодательными актами РК.

Воздействие государств на земельные и иные природо­ресурсные отношения проявляется в институте зонирования земель. В ст. 8 «Зонирование земель» ЗК РК под зонированием понимается определение территории земель с установлением их целевого назначения и режима использования. Организа­цию зонирования земель на уровне областей (города респу­бликанского значения, столицы), районов (городов областного значения) осуществляют соответствующие уполномоченные органы областей (города республиканского значения, столи­цы), районов (городов областного значения). Проект (схема) зонирования земель утверждается соответствующими пред­ставительными органами областей (города республиканского значения, столицы), районов (городов областного значения).

Классификатор целевого назначения земель разрабаты­вается на основе проектов (схем) зонирования земель и ут­верждается местными исполнительными органами областей (города республиканского значения, столицы), районов (горо­дов областного значения). Целевой режим использования территории, определенный при зонировании земель, является для субъектов земельных правоотношений обязательным. Зо­нирование земель проводится по решению местных исполни­тельных органов и осуществляется за счет бюджетных средств.

Сложившаяся по законодательству система прав на при­родные ресурсы и объекты должна быть осуществлена на деле, что и может быть отличительной чертой государств евразий­ского эколого-правового пространства. Это необходимо для наведения экологического правопорядка, обеспечения ста­бильности, эффективности и справедливости природополь­зования, завершения, наконец, земельных, аграрных и прочих преобразований в сфере экономических и социальных отно­шений, защиты прав и охраняемых законом земельных и иных природоресурсных интересов граждан. Начатый более двух десятилетий назад процесс регулирования и перевода на иные рельсы природоохранных отношений должен быть, наконец, завершен через проведение межевания, индивидуализацию природного объекта, регистрацию его в соответствующем еди­ном государственном реестре, определение публичного либо частного собственника, целевого назначения, режима и на­бора ограничений использования, распоряжения, владения. Единый порядок природопользования для государств, веро­ятно, может быть признанным преждевременным, но требо­вание неуклонного и всестороннего обеспечения исполнения провозглашенных в них правил может составить приемлемый правовой аспект социально-экономической деятельности.

Единство эколого-правового пространства должно в ука­занном контексте заключаться не в том, чтобы навязывать его участникам исключительно унифицированных форм собствен­ности на природные объекты, хотя к их гармонизации стре­миться можно, а в том, чтобы правовое провозглашение тех или иных статусов природных объектов сопровождалось без­условным их внедрением, завершением действия правового механизма, оформлением юридических полномочий публич­ных органов, юридических лиц и граждан в отношении охраны окружающей среды и природопользования в соответствии с цивилизованными общепризнанными обычаями и правилами.

В связи с вопросом о правах собственности на природные ресурсы и объекты можно обсуждать вопросы о компенсациях за загрязнения, о возмещении ущерба окружающей среде, о собственности на те или иные природные ресурсы и объекты - особо охраняемые природные территории специфически- экологического, радиационного и иного характера, на водно­болотные угодья, памятники природы, рациональное исполь­зование природных объектов для рекреационных, научных и иных общественно полезных общих целей.

Общее и особенное в экологическом законодательстве ев­разийских государств обусловливает необходимость решения других важных теоретических и практических задач - о соче­тании источников права, в том числе национальных законода­тельств, обычаев и международных договоров, для обеспечения соблюдения публичных и частных интересов, активизации функции государств в сфере защиты экологических прав граж­дан,. Приходится критически оценивать состояние реализации экологических и иных универсальных прав граждан в тесной взаимосвязи с выполнением ими соответствующих обязанно­стей, баланс публичных и частных методов регулирования при­родоресурсных и природоохранных отношений.

Целесообразно развивать такие черты правового госу­дарства как информационная обеспеченность и открытость природоохранных отношений, включение в их регулирование моральных и нравственных норм, подчинение общества и го­сударства закону. Расцвет предпринимательской деятельности не должен снижать эффективность и периодичность публич­ного экологического контроля в евразийских государствах; при этом наряду с государственным должны осуществляться также муниципальный, общественный, производственный контроль (по поводу которых в научной литературе и на прак­тике было и существует немало споров).

Должно оптимизироваться законодательство об админи­стративной реформе, изменяющее полномочия органов цен­тральной и местной исполнительной власти в экологической сфере, что призвано способствовать профессиональному осу­ществлению этой важнейшей функции государственного управ­ления использованием и охраной природных ресурсов. При­нятие в Республике Казахстан Закона «Об административных процедурах» должно было способствовать совершенствованию организации управленческой деятельности, обеспечению бес­перебойного функционирования государственных органов, со­блюдению прав и свобод граждан, защите государственных интересов, недопущению использования служащими своих пол­номочий во внеслужебных целях, предупреждению коррупции.

Выработка и реализация процессуальных гарантий, про­фессиональное судебное рассмотрение экологических споров на основе состязательности повышает социальную значимость экологического права и законодательства, стимулирует тен­денции дальнейшей модернизации материальных норм при­родоохранного права и совершенствования обеспечительных форм его реализации. Поскольку экономика остается эколо­гически расходной, все больше экосистем становятся ее жерт­вами. Приходится менять мировоззрение с «серого на зеле­ное»: без качественной природной среды не станет здоровой экономики, без которой не состоится и благоприятное каче­ство жизни; надо переходить от ограничений к поощрениям на основе международных требований и стандартов.

Евразийское эколого-правовое пространство может пока­зать пример современной высокой организации охраны окружа­ющей среды и рационального природопользования, внедрения альтернативных источников и сбережения энергии в интересах настоящего и будущих поколений людей-патриотов, заботя­щихся об общем мировом доме под названием планета Земля.

 

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 3 (58) 2013



   


О портале:

Компания предоставляет помощь в подборе и прохождении наиболее выгодной программы иммиграции для получения образования, ведения бизнеса, трудоустройства за рубежом.

Телефоны:

Адрес:

Москва, ул. Косыгина, 40

office@eurasialegal.info