Евразийский юридический портал

Бесплатная юридическая консультация онлайн, помощь юриста и услуги адвоката

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Юридическая школа в лицах СНГ Маликов Марат Файзелкадирович

Маликов Марат Файзелкадирович

Установка котла – работа ответственная, от тщательности ее проведения, а также соблюдения всех требований и нормативов будет зависеть безопасность. Установка котла вся подробная информация на сайте http://fenixtrans.kiev.ua

 


Маликов Марат Файзелкадирович, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Республики Башкортостан, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.

М.Ф. Маликов окончил Казанский государственный университет, работал народным судьей в Республике Башкортостан, заведующим кафедрой государственного права юридического факультета (ныне Института права) БашГУ и конституционного права Стерлитамакского юридического факультета, деканом Стерлитамакского юридического факультета, директором Стерлитамакского филиала БашГУ, Ветеран труда, подготовил более кандидатов и докторов юридических наук по специальностям: 12.00.01, 12.00.02, 12.00.09, был членом четырех диссертационных советов вузов: Уфы (Юридический факультет БашГУ, кафедра теории познания и онтологии БашГУ), Казани (АН РТ), Челябинска (ЮрГУ).

В настоящее время — профессор кафедры теории и истории государства и права и конституционного права Башкирского института социальных технологий, одновременно является ученым секретарем Общественной организации Регионального отделения «Академии информатизации образования Республики Башкортостан», руководителем отдела исследования проблем конституционного и муниципального права Евразийского научно-исследовательского института проблем права, комплексного исследования по Гранту АН РБ «Механизм согласования федерального и регионального законодательства» в 2008-2010 годах и Международному Гранту «Модернизация конституционного законодательства Республики Башкортостан в условиях трансформации федеративных отношений» на 2011-2013 годы, членом Башкортостанского отделения общественной организации «Ассоциации юристов России», независимым экспертом по проведению антикоррупционной экспертизы проектов федеральных и региональных нормативных правовых актов.

М.Ф. Маликов со своими научными концепциями принимал участие в разработке Основных Законов Российской Федерации и Республики Башкортостан, под его руководством был открыт филиал кафедры государственного права при Кабинете Министров Республики Башкортостан, создана государственно-правовая специализация.

Его идеи и  предложения нашли подтверждение в более 380 научных трудах и 30 учебных программах. В них разработаны концепции: всеобщего равновесия и компромисса в происхождении и развитии государства; императивно-репрессивного характера правоприменения в союзном законодательстве; несогласованности цели в современном федеральном (региональном) законодательстве с процессуальными средствами его реализации; самостоятельной ценности социально-экономических и политико-идеологических факторов в разработке и принятии законодательства и его реализации; согласованного суверенитета в децентрализации власти и субординационных началах федерального и регионального законодательства; одновременной реализации материальных и процессуальных норм  права в механизме правового регулирования; оптимизации федерального и регионального законодательства в предметах совместного ведения и полномочия федерации и её субъектов; организационно-правовых форм восполнения пробелов в региональном законодательстве с учетом экономических особенностей регионов; гражданского общества в рамках демократии мирового сообщества; российской государственности в конституционных методах формирования её самоуправленческих начал; доктрины местного самоуправления в интересах населения и исторических традиций; государственной власти и самоуправления как производных от народовластия (народного суверенитета); современной регионализации с позиции осуществления функции государства и реализации полномочий органов государственной власти и местного управления в рамках «согласованного суверенитета», «согласованного разделения полномочий», «разделения суверенитета государства» на основе экономических особенностей субъектов федерации.

Им разработанные учебно-методические рекомендации по изучению Конституционного права Российской Федерации включены в программы государственно-правовых дисциплин юридических вузов России и стран СНГ. С результатами исследования проблем правоприменения принял участие в индивидуальных исследованиях в рамках Программы Независимых Государств (1999 г.), а его авторский учебно-методический комплекс по Конституционному праву Российской Федерации представлен на премию Президента Российской Федерации в области образования за 2000 г., а в 2012 г. курс лекций «Современные проблемы Конституционного права Российской Федерации»  на премию Правительства Российской Федерации.

Награжден Знаком «Ударник одиннадцатой пятилетки», Благодарственной грамотой Общества «Знание» РСФСР, Высшим национальным Орденом общественного признания заслуг и достижений граждан Великая Россия «Персона Эпохи», медалью «Лучшие люди России», Золотой Медалью «Лауреат ВВЦ», награжден памятным дипломом Башкирского государственного университета за значительный вклад в становление и развитие Стерлитамакского филиала Башкирского государственного университета, дипломом II степени за достижения в научно-исследовательской деятельности в Башкирском государственном университете, благодарностью Министерства образования Республики Башкортостан за добросовестный труд в системе высшего профессионального образования и в связи с 15-летием Стерлитамакского юридического факультета, дипломом Лауреата номинации «Науки конституционного, муниципального и административного права» Всероссийского конкурса на лучшую научную книгу 2009 г. в области юриспруденции (среди преподавателей высших учебных заведений и практических работников) за монографию «Механизм согласования федерального и регионального законодательства», дипломом II степени того же конкурса за монографию «Современные проблемы конституционного права РФ» первого издания, дипломом Лауреата Всероссийского конкурса «Образовательная среда  2011 г.» за книгу «Современные проблемы конституционного права Российской Федерации» второго издания, Почетной грамотой Государственного Собрания – Курултая – Республики Башкортостан за значительный вклад в правотворчество республики Башкортостан. Включен в энциклопедии: «Видные ученые-юристы России XX века», «Башкортостан. Краткая энциклопедия», «Башкирская энциклопедия», «Татарская энциклопедия».

Исходными положениями изданных трудов являются: 1) единство непосредственного осуществления народом государственной власти; 2) единство обеспечения государственной власти как в РФ, так и в ее субъектах; 3) единство органов самоуправления в субъектах РФ; 4) единство политических гарантий осуществления государственной власти и местного самоуправления в РФ и ее субъектов; 5) особенности экономических и правовых основ государственной власти и местного самоуправления в субъектах РФ; 6) единство принципов государственной власти и самоуправления в субъектах РФ (ст. ст. 80, 102, 103, 110, 118, 130 Конституции РФ). Сказанное подтверждается тем, что самоуправленческие начала в Российской Федерации будут развиваться в объеме полномочий субъектов, процедуре выработки, принятии и реализации решений, степени согласованности волевых действий и обеспеченности интересов субъектов федерации на началах субординации и региональной децентрализации.

С этой позиции дается классификация современных концепций государственной власти и самоуправления.

1.    Институциональная концепция государственной власти и самоуправления. Она вытекает из того, что к институту государственной власти примыкает институт государственного суверенитета, институт представителя государства на местах (губернатор, муниципальные образования и т.д.) в ряде стран связан с правом контроля за деятельностью органов местного самоуправления (институт административной опеки), институт парламентарной республики находит продолжение в институте ответственного (перед парламентом) правительства (парламентское правительство). В государстве есть конституционная централизация в виде административно-федеративной реальности и административная децентрализация (местное управление), которые действуют одновременно и базируются на конституционных и правовых институтах.

К первой группе относятся: институт конституции, институт общественного устройства как полновластия народа, институт государственного устройства, институт политической и экономической систем, институт представительных органов, институт избирательного права, институт правового положения граждан. Каждый из них может быть разделен на меньшие по своему объекту институты.

К второй группе относятся: верховенство Конституции, обеспечивающее суверенитет государства, верховенство права и закона, верховенство государственной власти, единство народовластия, включающее единство государственной власти, единство предмета и метода конституционного регулирования, единство источников, принципов, норм конституционного права, единство воли законодателя и воли народа. Оно включает в себя  непосредственное осуществление народом государственной власти и формы государственного устройства.

2.    Конституционная концепция государственной власти и самоуправления основывается на концепции народовластия, которая предполагает формы государственного единства, единство представительных органов, единство субъектов власти, единство народного суверенитета, единство государственной власти, единство законодательной и исполнительной власти.

При этом "организующая" роль норм Конституции в регулировании действия органов власти, т.е. субъектов конституционно-правовых отношений, связана с тем, что политические, социально-экономические, правовые механизмы направлены на реализацию принципа народовластия и действия самой Конституции. Конституционное регулирование выступает системообразующим фактором в нормативно-правовой системе, придавая ей целостность. Оно выступает главным юридическим основанием ее формирования и функционирования, определяя связи субординации внутри  правовой системы.

Следует выделить и функциональную роль конституционных норм. Речь идет о  системности норм Конституции и гарантии их функционирования, обеспечивающих государственную власть. Непрерывность их действия является признаком (свойством) Основного Закона, а не признаком государственной власти. В конституционных принципах и нормах получают предметное отражение самые характерные для организации и функционирования общества и государства общественные отношения, составляющие их устои, — отношения собственности и власти, государственно-правовой организации, положения личности в обществе. Представляется верной позиция тех авторов, которые считают, что "форма государства находит свое проявление не только в форме правления, государственного устройства и в государственном режиме, а также в структуре и взаимоотношениях других органов государства и местных органов государственной власти, управления и самоуправления в системе взаимоотношений  органов государства с населением, в основах правового статуса коллективов и личности, в правовом регулировании и реальном осуществлении форм непосредственной демократии, в действительных отношениях политико-территориальных единиц».

3.    Гносеологическая концепция государственной власти и самоуправления вытекает из конституционной и выражается в том, что, во-первых, принципы, идеи, категории детерминируются соответственно производством материальных благ и воспроизводством человеческой жизни на земле (предмет изменчивости и историчности конституционных институтов); во-вторых, законодатель (государственная власть, народовластие) не делает, не изобретает их, а только формирует (объекты перевода общественных отношений в политико-правовые); в-третьих, общесоциальные гарантии дополняются общечеловеческими гарантиями (методы перевода системы "под влиянием международных стандартов"). Народовластие придает одинаковую силу предмету, объектам, методам государственной власти и самоуправления. Следовательно, основой, ядром, первоэлементом предмета конституционного регулирования государственной власти и самоуправления являются общественные отношения, возникающие в процессе осуществления народом принадлежащей ему государственной власти.

В Конституции РФ базовыми принципами предусмотрены федеративное правовое государство с республиканской формой правления (ст.1), народовластие (ст.3), государственный суверенитет (ст.4), разделение власти (ст.10), приоритеты международных стандартов в Российской правовой системе (ст.15).

Эти принципы согласуются с объектом конституционного регулирования, который включает: 1) отраслевую принадлежность общественного устройства; 2) пространственную ограниченность Федерации и ее субъектов; 3) функциональную направленность государства; 4) определенное временное (конституционно-этапное) ограничение; 5) количественное и качественное измерение конституционных законов. Таким образом, объектом изучения могут быть народовластие и государственная власть в совокупности. В то же время предметом и объектом конституционного регулирования могут быть различные стороны народовластия и суверенитета государства. Следовательно, одному объекту (принципу) конституционного регулирования могут соответствовать несколько предметов государственной (экономической, политической) власти и власти местного самоуправления.

4.    Социальная концепция государственной власти и самоуправления базируется на социальных целях общественного развития, которые независимы от права, от Конституции. Цель конституционного регулирования лежит в сфере общественных отношений, регулирующих право, а не в сфере самого права. Объективные и субъективные факторы способствуют (или препятствуют) выбору наилучших средств для достижения целей, определений сроков и порядка их достижения. Социальные цели находятся вне права. В конституционном праве формируются определенные цели и задачи правового регулирования. Цель сопряженная с содержанием права, поведение которого добивается законодатель, есть цель права. Материальные цели (экономические, политические, идеологические) лежат вне сферы права, но они закрепляются в нормах права; материальные условия жизни ставят перед законодателем необходимость издания ряда норм, целевое назначение которых предопределено заранее (объективно), но законодатель может поставить перед правом и такие цели, которые не соответствуют уровню общественного развития. Юридическая цель нормы состоит в обеспечении определенного юридически значимого поведения. Однако, по признанию ученых, хотя государственная власть осуществляет некоторые меры социального порядка, постсоциалистическое государство не обеспечивает необходимого уровня жизни населения, не представляет ему необходимых социальных услуг и, следовательно, не является еще социальным, соответственно и правовым, государством.

Необходимость решения этих вопросов объясняется верховенством и единством государственной власти, являющихся социально-политическими и организационно-правовыми признаками государственной власти. Последняя определяется как взятие в их единство основ организации и функционирования общества, государства, коллектива и личности, а также их взаимосвязи на основе сочетания интересов, поскольку государственная власть как общественно-политическая категория является производной от категории "суверенитет народа" (ст.3 п.1 Конституции РФ). Тем не менее, как показывает практика, в процессе реализации действительного народовластия (история знает различные формы его проявления) конституционные нормы, принципы, институты могут не приносить положительные результаты. Значит, воля законодателя (народа), ставшая государственной волей, должна отражать социальные интересы в конституционном законодательстве.
Социальное назначение народовластия выражается в том, что народ Российской Федерации является носителем суверенитета и единственным источником государственной власти (ст. 3 Конституции РФ). Народ РФ осуществляет и политическую власть прямо, непосредственно (непосредственная форма демократии) и через систему государственных органов (представительная форма демократии). Здесь не следует упускать из виду и то, что народ осуществляет свою власть (государственную, политическую) также через органы местного самоуправления (ст. ст. 3 п. 2, 130 Конституции РФ). Поэтому в одинаковой степени должны нести ответственность за вред как органы государственной власти, так и органы местного самоуправления (ст.53 Конституции РФ, ст.16 ГК РФ).

5.    Политическая концепция государственной власти и самоуправления вытекает из социальной концепции и означает неотделимость суверенитета от народа. Это связано с тем, что государство как единая политико-территориальная организация всей страны, как орган публичной народной власти характеризуется верховенством, неделимостью, своего рода всеобщностью в границах страны.

При определении сущности политической концепции государственной власти и самоуправления не будет излишне вспомнить о том, что раньше государственно-правовое единство народа объясняли расширением представительной системой Советов, развитием национальной государственности при ведущей роли союзной, единством государственного управления обществом и организации его вооруженных сил, единством законности, единством социалистического правосознания и политико-правовой идеологии. СССР, а вслед за ним и страны Восточной Европы с момента возникновения исходили из другой доктрины, а именно: единства государственной власти и разделения функций по ее осуществлению. Однако провозглашаемую полноту власти представительных органов осуществить в полном объеме не удалось, равно как и их взаимодействие, и прежде всего с помощью закона, на другие государственные структуры. Власть и ее формы «оживлялись» не законом, а партийно-бюрократическими командами, что деформировало и лишало самостоятельности всю государственную власть и создаваемую ею правовую систему.

Политизация правовых основ государственной власти в РФ формировала остаточный принцип интересов личности. Она превращала право в инструмент и отчуждала государственную власть от решения социальных проблем. В то же время она привела к официальной доктрине совместимости местного самоуправления с советской формой организации власти.

Вместе с тем любая политическая власть, в том числе и в постсоциалистическом государстве, как и во всяком переходном государстве, имеет несколько политических блоков, участники которых характеризуются единством и борьбой одновременно. Между ними союз имеет стратегический характер, он основан на борьбе против тоталитаризма, выкорчевывании его остатков, которые мешают, хотя и по-разному, всем этим силам, на совместной защите своего теперешнего привилегированного положения (в том числе и в ходе разного рода выборов в органы государственной власти). Борьба носит тактический характер в вопросах перераспределения собственности и власти, стремлении той или иной группы усилить результативность своего давления на государственную власть, на высшее руководство государства.

6.    Целевая (монистическая) концепция государственной власти и самоуправления базируется на том, что власть и олицетворяющие ее органы не обладают суверенитетом, поскольку последний является свойством государства, а применительно к органам государства можно говорить лишь об объеме властных полномочий (ст. ст. 10, 11 Конституции РФ). Поэтому предмет и объект (а в отдельных случаях предмет и метод) конституционализма любого государства определяется в общем учреждении институтов государственной власти, собственности, а также  в закреплении принципов и целей деятельности субъектов конституционного регулирования.

Отождествление суверенитета народа и суверенитета государства применимо в силу того, что основой демократии и государственности является народовластие, основой единства личности и государства – идея о народовластии, основой осуществления государственной власти – народ (так как и государственная власть исходит от народа, принадлежит народу и осуществляется для народа), основой единства интересов личности и общества – сочетание непосредственной и представительной демократии. Главная особенность государственной власти и самоуправления проистекает из самого его характера как политической структуры, которая выступает от имени всего общества. Она уникальна по причине ее централизованности. Государство, воплощая в себе власть народа, его суверенитет, само становится суверенным, то есть государственная власть обладает всеми свойствами суверенной власти. Следовательно, по своей социальной сущности суверенитет народа и суверенитет государства едины, а единый народный суверенитет осуществляется как непосредственно народом, так и посредством его государственной власти. Поэтому государственный суверенитет выступает как бы его государственно-правовой формой осуществления народного суверенитета.

Основные международно-правовые способы осуществления права народа на самоопределение означают: 1) создание суверенного и независимого государства; 2) свободное присоединение к независимому государству или объединения с ним; 3) установление любого другого политического статуса. Свойства государственного суверенитета Российской Федерации характеризуются народным суверенитетом. Последний через государственный суверенитет обладает высшей силой в отношении своей территории (территория РФ включает в себя территории ее субъектов — ст.67 Конституции РФ); самостоятельно определять свою внутреннюю и внешнюю политику (ст. 71 Конституции РФ); исключительным правом народа на владение и распоряжение национальным богатством (ст. 9 Конституции РФ); правом принятия Конституции (ст. ст. 15, 71 Конституции РФ) и Федеральных законов (ст. 76 Конституции РФ), имеющие прямое действие на всей территории РФ (ст. 4). Народный суверенитет помимо государственного суверенитета действует и непосредственно при формировании Федерального Собрания РФ (ст. ст. 3, 94 Конституции РФ).

7.    Организационная концепция государственной власти и самоуправления  базируется на политико-правовых свойствах государственной власти, верховенстве и независимости  государственной власти, которые выражают ее политико-правовую сущность.

Выделенные выше концепции государственной власти и самоуправления в известной мере отражают позиции тех авторов, которые отличают государственный, народный и национальный суверенитеты. По их мнению, три вида суверенитета могут выступать в качестве единого суверенитета народа при референдуме или в качестве самостоятельного при принятии законов или выборе форм национальной государственности. Таким образом, учитываются экономический, политический и правовой суверенитеты Российской Федерации и ее субъектов. Государственный суверенитет выражен в ст. 1 Конституции РФ, политический суверенитет в — ст. 3 Конституции РФ (полновластие народа), экономический суверенитет в — ст. 9 Конституции РФ (различные формы собственности), национальный суверенитет — в ст. 3 (ч. 1) и преамбула Конституции РФ — в ч. 1 ст. 69 Конституции РБ 1993 г., народный суверенитет — в ст. ст. 3, 11 Конституции РФ, правовой суверенитет в статьях 15, 76 Конституции РФ.

8.    Функциональная концепция государственной власти и самоуправления выражается в прерогативности государственной власти. Государственная власть вправе отменить, признать недопустимым любое проявление всякой другой общественной власти (п. 4 ст. 3, 13 Конституции РФ). Публичное осуществление государственной власти путем разделения ее на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10 Конституции РФ) и непосредственность осуществления народом государственной власти (ст. 3 Конституции РФ) — лежат в русле этой концепции.

Функциональная концепция государственной власти и самоуправления в собственном смысле охватывает и отношения в сфере управления обществом. Поэтому можно сказать, что по функциональной роли государства бывают управляющие, организующие, регулирующие, подавляющие, поскольку государственная власть — это "особый источник" государственного суверенитета. Но государственная власть не может служить единственным "источником" народного суверенитета, поскольку народный суверенитет формирует государственную власть.
По общему признанию ученых, государственный суверенитет как системное единство существующих свойств государственной власти отличается не только от народного и национального суверенитета, представляя собой самостоятельное по отношению к ним явление, но и от самой государственной власти в той мере и степени, в которой существенные свойства отличаются от субъекта их свойств.

9.    Регулятивная концепция государственной власти и самоуправления выражается в том, что с помощью конституционных норм и принципов воля народа "переводится" в политические отношения, действия. Причем эти действия обусловлены, во-первых, тем, что непосредственной силой, создающей или санкционирующей право, является государство. Во-вторых, в праве выражается общая воля многонационального народа, организованного в государство. В-третьих, осуществление права обеспечивается организационной деятельностью государства, в том числе и силой его механизма в случае нарушения или неисполнения правовых предписаний.

Аналогичным образом прослеживается и обратная связь права и государства. Конституционное право оформляет государственное правление и национально-государственное устройство. В нем определяется объем прав и обязанностей (компетенция) Федеральных органов государства, общественных организаций, граждан и органов самоуправления.

10.    Структурная концепция государственной власти и самоуправления определяется внутренней и внешней сторонами государственного суверенитета. Внутренняя сторона выражается в независимости государственной власти (народовластия) внутри страны, в частности, самостоятельной организации государственных органов власти Российской Федерации; внешняя сторона — во взаимоотношениях с другими государствами, хотя в международно-правовых отношениях государственная власть непосредственно не выступает.

В международно-правовых отношениях государственная власть непосредственно не выступает. Она лишь охватывает двуединое начало народовластия и федеративную форму государственного устройства. Каждый субъект федерации сохраняет политико-правовое качество государственности, но его суверенитет в определенной мере ограничивается в рамках переданных федеральным органам компетенций, равно как ограничен суверенитет федерации компетенцией ее субъектов, то есть во всех случаях взаимоотношения определяются на основании согласованного суверенитета.

11.    Народная концепция государственной власти и самоуправления вытекает из того, что народ осуществляет свою государственную и политическую власть так же через органы местного самоуправления (ст.3 п.2 ст.130 Конституции РФ).

Ошибочное отношение к государственной власти объясняется тем, что в самой концепции государственной власти не учитывались две стороны народного суверенитета: а) фактическое верховенство и полновластие народа в обществе и государстве; б) политико-правовые свойства народа в общественной и государственной жизни. В целом же, как известно, народу принадлежат суверенные права — решать свою судьбу, конституционировать свое самоопределение, организовать свою власть на основе международных актов, соединяя в себе политические и правовые начала, реализуя политические свойства народа (ст.3 Конституции РФ).

12.    Процессуальная концепция государственной власти и самоуправления исходит из прямого (непосредственного) действия Конституции. Наблюдаются «пробуксовки» конституционных норм в связи с отсутствием или неполнотой процессуальных средств их реализации в различных отраслях права. Представляется очень важным правильное понимание цели процессуальных средств и цели их обеспечения, а также признание процессуальных средств реализации права в конституционном регулировании в качестве социального «заряда».

При определении процессуальных средств реализации права на основе Конституции обращено внимание на подвижность этого социального явления, на их "присутствие" в постоянно развивающихся уголовных, гражданских, административных, земельных и иных нормах права. Однако, как показывает практика, мы часто оперируем в изменившихся условиях традиционными понятиями, терминами, содержание которых в новой социальной обстановке имеет иной смысл.

Представляется обоснованным вывод ученых о том, что функции процессуальных средств реализации Конституции конкретизируются во всех трех стадиях реализации права, а именно: в регулировании общественных отношений (юридическая норма); в возникновении субъективных прав и юридических обязанностей (правоотношение); в реализации субъективных прав и обязанностей (саморегуляция и правоприменительные акты).

Комплексность функций процессуальных средств реализации Конституции объясняется тем, что процессуальные средства "присутствуют" в доведении правовых норм и предписаний до сведения, в постановке законов и других правовых актов социально полезной цели и в осуществлении социально-правового контроля. В реализации Конституции воздействие функций процессуальных средств начинается с постановки целей правого регулирования и заканчивается достижением положительных результатов во всех отраслях права. Затем на основе информации о результатах достижения или же не достижения целей конституционно-правового регулирования ставятся новые задачи и начинается новый цикл реализации (действия) функций процессуальных средств по обновленному факту в отдельных отраслях права. Это означает, что функции процессуальных средств в реализации Конституции могут выражаться как в  добровольной реализации правовых норм, так и в установлении воли субъектов, призванных проводить эти установления в жизнь. Таким образом, путем определения разумных пропорций форм правовых предписаний (запрет, дозволение) процессуальные средства способствуют выбору стимулирующих и принудительных мер, обусловливающих реализацию норм права в соответствии с их содержанием и тем назначением, которые они призваны выполнять на конкретно-историческом этапе развития правовой системы Российской Федерации и ее субъектов.

Сказанное позволяет прийти к выводу о том, что процессуальные средства реализации права  играют роль «ключа», приводящего в движение весь механизм конституционно-правового регулирования. Они обеспечивают своевременное и правильное выполнение конституционных положений всеми нуждающимися в специальном содействии субъектами конституционного права. Воплощение в жизнь конституционно-правовых норм в рамках процессуальных средств служит "эталоном" понимания всеми законодателями и правоприменителями требования норм права, а также заключенными между субъектами правоотношений различными договорами с учетом действующих конституций и международных принципов и стандартов.

Реализуемые процессуальными средствами функции права предполагают положительные (позитивные) действия законодателя и правоприменителя. Если по конкретному факту игнорируется требование закона, необоснованно разрабатывается и применяется неудачная норма или же закон реализуется вопреки и вне связи с другими нормами права, отдается предпочтение волевому усмотрению, задерживается принятие законов и решений, а равно отказывается в пересмотре незаконных нормативных актов и решений, то действиями законодателя и правоприменителя умаляется юридическая ценность процессуальных средств реализации Конституции. В подобной ситуации все процессуальные действия и правоприменительные акты должны быть аннулированы, а органы государственной власти, допустившие их обязаны нести ответственность по возмещению ущерба (ст. 53 Конституции РФ, ст. 16 ГК РФ).

Выводы и предложения по результатам мониторинга конституционного законодательства Республики Башкортостан представлены Президенту Республики Башкортостан и Государственному Собранию – Курултай – Республики Башкортостан.

При изучении конституционного законодательства учитывались те или иные концепции, разработанные для своего времени, может, не воспринятые и даже отвергнутые наукой на следующем этапе ее развития, но затем возрожденные позже. К ним отнесены: 1) соотношение российской исторической традиции и западных моделей конституционного устройства; 2) легитимность действующей конституции и принципы избирательной системы; 3) принципы разделения властей и децентрализации власти; 4) проблемы федерализма и унитаризма; 5) Конституционный суд и  правовые конфликты; 6) пределы правового регулирования в Российской Федерации и ее субъектах.

Этапы становления и развития  конституционного законодательства Республики Башкортостан.

В рамках ГНТП «Башкортостан в XXI веке: социально-экономическая, политико-правовая и гуманитарная модель развития» проводилось комплексное научно-правовое исследование механизма согласования федерального и регионального законодательства на современном этапе развития российской правовой системы. Основанием для исследования являлось Постановление Правительства Республики Башкортостан от 17 октября 2007 г. «О государственных научно-технических программах Республики Башкортостан на 20082010 годы».

Необходимость проведения данного исследования определялась отсутствием согласованности между нормативными правовыми актами разных уровней; нечеткостью договорного характера разграничения полномочий между органами власти федеральными и субъектов Федерации; неразработанностью правового механизма формирования и перераспределения (делегирования) полномочий между законодательными и исполнительными органами власти; несогласованностью конституционно-правовых требований обязательной экспертизы законопроектов и механизма их принятия.

При проведении исследования учитывались проведенные республиканские научно-практические конференции, где обсуждались актуальные проблемы согласования государственных интересов Федерации и регионов, особенности законодательного регулирования рыночных отношений, делегирования нормотворческих полномочий, совершенствования законодательной инициативы, реализации конституционной ответственности.

Результаты мониторинга конституционного законодательства Республики Башкортостан позволили выявить общие тенденции формирования всего законодательства Российской Федерации.

В рамках исторического периода отмечается первый этап автономии по принципам «диктатуры пролетариата». Он охватывает 19171920 гг.

Характерным моментом данного периода является подписание «Соглашение центральной Советской власти с Башкирским правительством о Советской Автономной Башкирии» от 20 марта 1919 г. По общему признанию, данное Соглашение было первой Конституцией, т. к. Башкортостан был провозглашен Советской республикой и автономной частью Российской Федерации. Практика показала, что соглашение повлияло и на дальнейшее становление и развитие всего конституционного законодательства республики.

Советской Автономной Башкирской Республики как части Российской Федерации были характерны признаки национально-государственного образования: формирование руководящих лидеров, понимающих, что только самостоятельное государство наиболее пригодно для развития этносоциальной общности, самоопределяющейся на определенной территории; провозглашение целей и задач государства, институционализация правовых норм и учреждений власти, обязательство перед государством и населением поддерживать внутренний порядок и защищать подвластную территорию, регулировать социальные, национальные, классовые, экономические отношения, преследовать цели общего блага, исключительное право издавать обязательные для всех законы; право определять и изымать налоги и сборы, создавать, содержать и использовать вооруженные силы и органы пресечения; осуществление внешних политических и экономических связей.

Второй этап – централизации по принципам социализма (19 мая 1920 г.  6 февраля 1936 г.). Он характеризуется тем, что основы деятельности автономных республик, в отличие от первых лет Советской власти, уже регламентируются всероссийскими органами. Структура государственного механизма строится по образцу Центра. Местные органы действуют, исходя из общих принципов Конституции РСФСР. Автономные республики не участвуют во внешних сношениях, не имеют своих вооруженных сил и не выпускают собственных денежных знаков. Все названные сферы сосредотачиваются в руках всероссийских органов. Поэтому проект Конституции Башкортостана 1925 г. не был принят, а конституция БАССР 1937 г. была утверждена Президиумом Верховного Совета РСФСР только в 1940 г. Следовательно, в республике не была установлена конституционная государственность.

Третий этап – координации  отражает идеи «развитого социализма» и «общенародного государства» (февраль 1936 г.  11 октября 1990 г.); характеризуется попыткой приобретения Башкортостаном статуса союзной республики в ходе политико-правовых процессов, связанных с подготовкой и принятием Конституции СССР.

Современный период развития конституционного законодательства Республики Башкортостан определяется сущностью суверенитета республики, согласования законодательства, стабилизации и развития федерального и регионального законодательства. При этом начальным этапом суверенитета стала «Декларация о государственном суверенитете Башкирской Советской Социалистической Республики» от 11 октября 1990 г., которая определила новую форму общественно-политического и социально-экономического статуса республики. В это время были заложены основы современной государственно-политической системы Башкортостана: введён институт президентства, сформирована новая парламентская система. Согласно Приложению к Федеративному договору 1992 г. были приняты Конституция РБ 1993 г. и другие нормативные акты, а Договором от 3 августа 1994 г. были разграничены предметы ведения и осуществлено взаимное делегирование полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами власти Республики Башкортостан.
Этап согласования законодательства (2000  2006 гг.) характеризуется приведением Конституции 1993 г. и других законодательных актов республики в соответствие с федеральным законодательством, в результате чего все конституционные нормы РБ были подвергнуты изменению  и дополнению.

Этап стабилизации законодательства республики (20062008 гг.) характеризуется обеспечением политической стабильности, преемственностью основных конституционных положений, совершенствованием трехуровневого – федерального, регионального и муниципального  законодательства на основе федерального закона от 31 декабря 2005 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием разграничения полномочий».
Этап развития конституционного законодательства республики (2008 г.) характеризуется совершенствованием собственного, параллельного и опережающего законодательства в рамках конституционного, административного, муниципального, финансового, аграрного, экологического и других отраслей права.



Примечательно, что в период «суверенитета» (19902000) собственное правовое регулирование составляло 80 % общих принятых нормативных актов в республике. В период «согласования» (20002006) увеличилось параллельное законодательство за счет сокращения опережающего (блокировочного). В период «развития» (с 2008 г.), наоборот, параллельное законодательство занимало столько же, сколько в 19902000 гг. собственное законодательство. Таким образом, к 2008 г. блокировочное законодательство как вид опережающего было сведено к 5 %.

Важно подчеркнуть, что, по существу такая практика явилась подтверждением реализации Приложения к Федеративному договору от Республики Башкортостан от 31 марта 1992 г. и Постановления Президиума Верховного Совета и Совета Министров Республики Башкортостан от 4 июня 1992 г. «О мерах по реализации положений Федеративного договора и Приложения к Федеративному договору от Республики Башкортостан».

Справедливости ради, следует отметить, что в какой-то степени на восполнение пробелов в законодательстве были направлены союзные и российские законы. Поэтому основные положения Конституции России и Башкортостана 1993 г. были согласованы с Законами СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» (3 апреля 1990 г.), «Об основах экономических отношений Союза ССР, союзных и автономных республик» (10 апреля 1990 г.), «О разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации» (26 апреля 1990 г.), «О свободном национальном развитии граждан СССР, проживающих за пределами своих национально-государственных образований или не имеющих их на территории СССР» (26 апреля 1990 г.); с Законами РСФСР «О референдуме РСФСР» (16 октября 1990 г.), «Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР» (31 октября 1990 г.); с постановлениями Верховного Совета РСФСР «О денонсации Договора об образовании СССР» (12 декабря 1991 г.), «Об изменении наименования государства Российская Советская Федеративная Социалистическая республика» (25 декабря 1991 г.), «О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР» (24 октября 1990 г.), «О государственной охране высших представительных органов государственной власти Российской Федерации» (6 марта 1993 г.); с Постановлениями Съезда народных депутатов РСФСР «О правовом обеспечении экономической реформы» (1 ноября 1991 г.); с Указом Президента РСФСР «Об обеспечении условий по повышению роли и взаимодействия республик в составе РСФСР, автономных образований, краев, областей в осуществлении радикальной экономической реформы» (11 ноября 1991 г.); с Соглашениями «О разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами власти Российской Федерации и органами власти республик, краев, областей, автономных областей, автономных округов в составе Российской Федерации» (26 января 1992 г.) и «О содружестве Независимых государств» (10 декабря 1991 г.). 

Так, в соответствии со ст. 76 Конституции РФ и ст. 71 Конституции РБ до 2000 г. было принято более 300 законов и 16 кодексов Республики Башкортостан: Арбитражный процессуальный кодекс, Трудовой кодекс, Земельный кодекс, Жилищный кодекс, Кодекс об административных нарушениях, Кодекс о пожарной безопасности, Градостроительный кодекс, Кодекс о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, Водный кодекс, Лесной кодекс, Семейный кодекс, Кодекс о выборах, Кодекс об охране здоровья граждан, Экологический кодекс, Кодекс о недрах, Кодекс о безопасности дорожного движения. Однако вышеуказанные кодексы за некоторым исключением были отменены. На сегодня из них действуют только кодексы о выборах, об охране здоровья граждан, о недрах, о безопасности дорожного движения, а также семейный кодекс и  экологический кодекс.

Стало недопустимым принятие самостоятельных республиканских кодексов и приостановление или же отмена федерального законодательства путем их «блокирования», а вместо них принятие законов, предусматривающих только порядок применения федерального законодательства на территории республики с учетом экономической особенностей.

По официальному признанию, в Конституцию республики было внесено более 100 поправок и свыше 60 процентов изменений.

В настоящее время в республике действует более 260 базовых законодательных актов и 6 кодексов, регулирующих практически все сферы общественной, экономической и социальной жизни республики, а в отдельных сферах общественных отношений Башкортостан осуществлял опережающее правовое регулирование.

Для понимания соотношения федерального и регионального законодательства важное значение имела концептуальная модель их формирования: как «революционное правотворчество» для диктатуры пролетариата, «союзное правотворчество» для развитого социализма (общенародного государства), «федеральное правотворчество» для Российского государства, «региональное правотворчество» для субъектов федерации.



В модели, представленной на рисунке 3, в блоке А «Государство» политизированное государство определяло структуру общества, статус личности и характер законодательства; в блоке Б «Личность» интересам Личности соответствовали интересы общества и государства в системе законодательства; в блоке В «Общество» формирует гражданское общество, статус личности, содержание государства. Оно определяет содержание законодательства на основе рыночных отношений. Экономика в концепции государства политика и законодательство действовали самостоятельно, т.к. было партийное правотворчество. В концепции личности все элементы общественных отношений пересекаются в законодательстве, а в концепции общества экономика и политика согласуются в рамках правового государства.

Система и структура законодательства Республики Башкортостан.

Согласно Федеральному Регистру, на 17 декабря 2009 г. в республике значилось 7 083 нормативных акта.

В период с апреля 2003 г. по февраль 2008 г. Государственным Собранием – Курултаем РБ принято 547 законов и 2 433 постановления, а в 2008 г. – 113 законов и 548 постановлений по важнейшим направлениям политической, экономической, социальной и культурно-духовной жизни республики.

Существенно возросла роль и качественно улучшилась работа всех субъектов права законодательной инициативы республики. Так, за 2003–2008 гг. ими было представлено к рассмотрению Государственным Собранием – Курултаем РБ около 600 законопроектов, а в 2008 г. в Государственную Думу направлено 12 законодательных инициатив.

До реформы государственной власти в субъектах Российской Федерации многие законы Башкортостан принимал одним из первых в Российской Федерации, а аналогов некоторых из них не было не только в других субъектах, но и на федеральном уровне, в т.ч. более 300 законов и 16 кодексов. Это объясняется правомочием Президента Республики Башкортостан и Государственного Собрания – Курултая осуществлять собственное правовое регулирование (ст. 76 Конституции РФ, ст. 71 Конституции РБ).

Согласно республиканскому регистру муниципальных нормативных правовых актов по состоянию на 1 декабря  2009 г. (период 1 января – 30 ноября 2009 г.), количество актов составляет 9 387, в т.ч. введенных с 1 января 2009 г. – 6 542, а за ноябрь – всего 581 акт. Из них подвергнуто экспертизе 2 020 актов, из которых 368 действующих не соответствовали федеральному законодательству.

Практика показывает, что динамичным стало собственное правовое регулирование в субъектах Российской Федерации, в т.ч. и в Республике Башкортостан. Оно стало еще актуальнее  в условиях децентрализации власти. Поэтому представляется своевременным дополнения федеральных законов «О порядке принятия федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов РФ», «Об участии граждан в обеспечении правопорядка», «О государственной системе профилактики правонарушений», «Об основах государственной системы по предупреждению преступлений», «О защите детей от информации, наносящей вред здоровью, нравственному и духовному развитию». Следовало бы также разработать и принять Федеральные законы «О порядке применения принципов и норм международного права в правовой системе РФ», «О федеральных судах общей юрисдикции», «О процедурах преодоления разногласий и разрешения споров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации».

Особенности правового регулирования в Республике Башкортостан.

В статье 11 (п. 3) Конституции РФ предусмотрено положение, согласно которому разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов осуществляется действующей Конституцией, федеративными и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий.

Однако до 2006 г. в Договоре Российской Федерацией и Республики Башкортостан от 3 августа 1994 г. «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан» содержались противоречивые положения относительно вопросов судоустройства, прокуратуры, о помиловании лиц, осужденных судами Республики Башкортостан.

Сложившееся положение требовало пересмотра указанного договора на основе следующих экономических особенностей республики: 1) национальные и религиозные (многонациональный и многоконфессиональный состав населения); 2) территориальные (наличие труднодоступных и отдаленных местностей); 3) экологические (наличие крупнейшего в Европе нефтеперерабатывающего комплекса, а также большого количества химических производств); 4) сельскохозяйственные, поскольку климатические условия не вполне благоприятны для выращивания сельскохозяйственных культур; 5) вопросы животноводства; пчеловодства (наличие уникального вида башкирской пчелы); коневодства (для Республики Башкортостан данный вид животноводства является традиционным); 6) вопросы туризма (наличие природно-климатических, исторических, археологических условий для познавательного, оздоровительного и спортивного туризма); 7) лечебно-оздоровительные (в Республике Башкортостан создана развернутая сеть лечебно-оздоровительных учреждений, имеются запасы редко встречающихся природно-лечебных ресурсов); 8) природные (значительная часть территории республики покрыта лесами; наличие горных территорий); 9)  природоохранные (в Республике Башкортостан имеется большое количество особо охраняемых территорий и природных объектов); 10) геологические (наличие месторождений полезных ископаемых, содержащих уникальные однородные составы или сплавы полезных ископаемых); 11) историко-археологические (наличие уникальных или редко встречающихся исторических и археологических объектов). Основанием для заключения нового договора между Российской Федерацией и Республикой Башкортостан является также то, что Республика Башкортостан выступает донором федерального бюджета.

По признанию законодателей республики, эти особенности реализованы в республиканских целевых программах по регулированию инвестиционной деятельности, приватизации государственного имущества, государственной собственности. Действуют республиканские законодательные акты о пчеловодстве, племенном животноводстве, семеноводстве, об охране атмосферного воздуха, о питьевой воде, мелиорации земель. Сюда же можно отнести Кодекс о недрах, Экологический кодекс.

Однако результаты исследования действия этих законов республики подтверждают необходимость создания комплексных процессуально-правовых средств реализации их предпринимателями, фермерами и всеми субъектами хозяйствования на основе собственного правового регулирования и экономической особенности республики. Таким образом, можно было бы достичь налоговой поддержки отечественных производителей продуктов агропромышленного комплекса и иных продукций для жителей республики, исключить завоз некачественной импортной продукции. Стало заметным внедрение инноваций в законодательство на основе правовой экспертизы законопроектов Российской Федерации и ее субъектов.

Согласно п. 23 ст. 71 Конституции Республики Башкортостан, расширяются сферы законодательной инициативы объектов экономической особенности республики. Это дает возможность рассмотрения своей инициативы, принимать участие в обсуждении проектов законов и обосновывать их необходимость в пределах этих особенностей.

Дальнейшая законодательная инициатива республики будет расширяться в федеральных законах «О процедурах преодоления разногласий и разрешения споров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации», «О порядке приведения законодательства субъектов Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами», «Об обеспечении территориальной целостности Российской Федерации», «Об общих принципах государственной стратегии регионального развития в Российской Федерации», «О стандартах бюджетной обеспеченности Российской Федерации», «О порядке передачи управления федеральной собственностью в ведение субъектов Российской Федерации», «Об общих принципах организации и деятельности ассоциации экономического взаимодействия субъектов Российской Федерации», «О единстве государственной власти в Российской Федерации», «О гарантиях государственной целостности Российской Федерации».

В частности, на реализацию этих целей направлены проекты законов республики: «О нормативных правовых актах Республики Башкортостан», «О контроле за исполнением законов Республики Башкортостан» (следовало бы данный проект обозначить как «Пути совершенствования исполнения законов», определив в проекте вид закона, т.е. административного или бюджетного законодательства и т.п.), «О мониторинге законов Республики Башкортостан», «О порядке выявления мнения населения по вопросам государственного значения» (следовало бы сформулировать этот проект в виде «Реализации общественного мнения по вопросам государственного значения», оставив порядок выявления мнения населения в виде первого раздела проекта), «О регулировании отдельных вопросов отчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной собственности Республики Башкортостан или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства», «О внесении изменений в закон Республики Башкортостан «О приватизации государственного имущества в Республике Башкортостан», «Об инновационной деятельности в Республике Башкортостан», «Об участии Республики Башкортостан в государственно-частном партнерстве», «О регулировании лесных отношений в Республике Башкортостан», «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Республики Башкортостан в сфере экологии и природопользования», «О регулировании земельных отношений в Республике Башкортостан», «О внесении изменений в Закон Республики Башкортостан «О коневодстве», «О внесении изменений в Закон Республики Башкортостан «О регулировании водных отношений в Республике Башкортостан», «О внесении изменений в Закон Республики Башкортостан «О государственной поддержке сельскохозяйственных потребительских кооперативов», «Об обеспечении плодородия земель сельскохозяйственного назначения в Республике Башкортостан».

Сравнив различные теоретические направления в политологической и правоведческой науках по исследованию отражения политических процессов в законотворчестве федеративного государства и их взаимного влияния друг на друга, современные мировые тенденции развития федеративных государств и практику законотворческой деятельности двухуровневых парламентских систем, уделив при этом особое внимание   опыту Российской Федерации и ее субъектов (прежде всего, Республики Башкортостан), комплексно исследовав модели законотворчества в России и в Башкортостане, механизмы и правовые основы деятельности федеральных органов государственной власти и органов власти субъектов федерации, пределы их предметов ведения и полномочий на нынешнем этапе, выявив  при этом тенденции, закономерности, особенности становления в исторической ретроспективе и перспективе российского федерализма, сформулированы следующие выводы:

1. Законотворческая деятельность парламентов двух уровней («центр-регион») в федеративном государстве отражает и законодательно закрепляет государственную и региональную политику, существующие реалии и перспективу развития во всех сферах жизни общества. Особенно ярко этот процесс проявляется в периоды реформирования государства, что мы видим на примере Республики Башкортостан. В то же время, существовала практика, когда парламенты законодательно (де-юре) закрепляли уже существовавшие (де-факто) политические и исторические реалии.

2. В Российской Федерации были два параллельных двухуровневых взаимосвязанных процесса: по горизонтали – усиление центральной и региональной исполнительной власти с одной стороны  и, с другой стороны,  снижение  роли и влияния палат Федерального Собрания, региональной власти (в том числе и российских легислатур) на развитие государства и территорий. В политических условиях, благодаря широкому использованию центральными органами исполнительной власти административного ресурса в период выборов депутатов в Государственную Думу, активному вмешательству в законотворческую деятельность палат Федерального Собрания Российской Федерации при принятии необходимых исполнительной ветви власти законов, наблюдались тенденции на развитие демократических институтов российского общества, хотя происходила централизация государственной власти по вертикали. Подобные процессы наблюдались и на региональном уровне власти, т.к. в обществе происходили политико-трансформационные изменения.

3. Существовала значительная разница в уровне влияния центральной  власти на законотворчество в субъектах Российской Федерации в зависимости от их конституционного статуса. Если на края, области, автономные территории, города федерального значения серьезное влияние оказывала государственная внутренняя политика федерального центра по отношению к регионам федерации, то законотворчество в национальных территориальных образованиях Российской Федерации продолжало стремиться к большей самостоятельности и по-прежнему предпринимали попытки (хотя и намного меньше, чем в 90-е гг. прошлого века) вторгаться в законодательную компетенцию федерального центра, объясняя свое стремление необходимостью законодательно регулировать те, или иные общественно-политические и социально-экономические процессы в регионе. При этом на направления политики (в том числе и в области законотворчества) в национальных республиках большое влияние оказывали местные этнополитические факторы. Эта ситуация требует дальнейшего исследования. В то же время, в связи с усилением некоторых авторитарных тенденций в РФ, в последние 5-6 лет наблюдалось и встречный процесс – вторжение федерального центра в правовое поле субъектов Российской Федерации.

4. Для того, чтобы российское общество стало более стабильным, необходимы существенные усилия государства для развития институтов гражданского общества. Одновременно необходима выработка единой государственной идеологии (в том числе  новых демократических принципов национальной политики), которая должна не только постоянно «озвучиваться» нашими политиками, но население России и Башкортостана, должно видеть реальные положительные результаты в ходе ее проведения. В настоящее же время российское общество живет без достаточной реализации общегосударственных задач, а главным для рядовых граждан в жизни стало умение выжить в непростых условиях продолжающегося реформирования. Не случайно, что В.В. Путин в своих программах ставит задачу возрождения народовластия для развития экономических задач.

5. История развития государственно-правового строительства Республики Башкортостан показывает, что проблемы механизма согласования федерального и регионального законодательства стали разрабатываться в условиях воздействия на них требования современной рыночной экономики, теории глобализации и модернизации современного федерализма, концепции развития человеческого капитала и устойчивого развития республики, теории этноса и духовного мира граждан республики.

Время, которое было названо эпохой "Война законов", или же "Парадоксы суверенитетов", высветило проблему согласования интересов в регулировании двух объективно развивающихся, а иногда и противоречащих друг другу процессов: возрождение национального самосознания, по определению Гегеля, "духа народа в своём государственном устройстве и в своих политических законах, во всех своих учреждениях, своих действиях и делах", и формирование принципов взаимопонимания у федеральных органов. Получилось так, что с одной стороны, после развала Союза Российская Федерация своевременно не сумела выработать объективную внутреннюю национально-правовую и государственную политику, а с другой стороны, регионы стали разрабатывать опережающие законодательства, которые как бы являлись образцом федерального законодательства.

6. Основная трудность в изучении проблем конституционного согласования законодательства Республики Башкортостан заключается в неосознанности закономерности развития государственности России и Башкортостана, а также сложности, дискуссионности, многоаспектности межгосударственных отношений в единой правовой системы Российской Федерации.

Применительно к нашей Республике это выражается в реализации ее суверенитета, который до сего был бесспорным авторитетом и единственным судьею в решении всех вопросов, и вдруг он оказывается несостоятельным. Все его готовые решения и сформулированные выводы не только не приносят ожидаемых благих результатов, но и ухудшают создавшееся положение. Это очень опасный момент  всеобщего шатания, переоценки всех ценностей и всевозможных кризисов. Люди мучительно стали искать ответы на возникающие вопросы жизни, чувствовалась необходимость наступления чего-то нового, но не смогли свернуть с проторенной дороги на новый путь, тогда как спасение именно в искании новых идей относительно децентрализации федеральной власти и прозрачности региональной политики.

7. В рамках регионализации федерального законодательства важно одновременное изменение и дополнение Конституции Российской Федерации и Конституции Республики Башкортостан, предусмотрев в них процессуально-правовые средства реализации разделения законодательной, исполнительной и судебных властей и гарантий осуществления взаимной ответственности государства и граждан.

В рамках децентрализации власти следует признать: осуществление собственного правового регулирования в субъектах РФ на основе экономических особенностей республики (ст. 71 Конституции РБ); исключение из практики блокировочного законодательства (т.е. отмену и приостановление федерального законодательства); принятие региональных законов о реализации федерального законодательства (п. 6 ст. 76 Конституции РФ); расширение количества объектов прав законодательной инициативы субъектов федерации в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации (п. 23 ст. 71 Конституции РБ).

8. В свете трансформации федеративных отношений и в условиях децентрализации федеральной власти возникает потребность в создании Института «Сравнительное правоведение» или «Региональное законодательство» для осуществления комплексного исследования проблем регионального правотворчества, методов и способов реализации в законодательстве Республики Башкортостан международных стандартов (ст. 27 «Всеобщей деклараций прав человека» (10 декабря 1948 г.) и ст. 15 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» (19 декабря 1966 г.).

9. Постепенно проходит отожествление суверенитета с «сепаратизмом» и «национализмом». Понятие «суверенитет» приобретает другое звучание. Оно означает способ создания благополучия и достойной жизни для граждан России и Башкортостана. Наступает этап «гармонизация федерального и регионального законодательства». При этом особую значимость имеет теория «делимого» (согласованного) суверенитета. Она исключает перманентное противопоставление интересов центра и регионов из политической целесообразности.

10. Результаты мониторинга конституционного законодательства Республики Башкортостан позволяют прийти к общему выводу о  том, что суверенитет для республики есть воплощение исторической мечты башкирского народа и стремления всего народа Башкортостана построить процветающую Родину путем созидательного труда ее граждан на земле предков, с разумным использованием богатств ее недр, со страстным желанием восстановить исковерканную природу Южного Урала, сберечь жизнь и здоровье детей, обеспечить им достойную жизнь. Намного прагматичнее делать акцент на региональном понимании «суверенитета», который, кроме территориально-государственного самоуправления, имеет ввиду саморазвитие, самоответственность, самообновление, как постоянный образ жизни и поведения во всех структурах и уровнях общества.

11. Суверенитет многонационального народа России и Башкортостана при рассмотренных условиях становится источником государственного суверенитета, в тоже время предполагает и национальный суверенитет. Поэтому в законодательных органах России и Башкортостана участвуют все представители народов и наций в непосредственной форме для осуществлении государственной власти и принятия законов в интересах многонационального народа.



   

Бесплатная горячая линия 24/7

+8 (800) 500-27-29 доб. 507
Для жителей Российской Федерации

+7 (499) 653-60-72 доб. 665
Для жителей Москвы и МО

+7 (812) 426-14-07 доб. 423
Для жителей Спб и области

Актуально


Бесплатная горячая линия 24/7

+8 (800) 500-27-29 доб. 507
Для жителей Российской Федерации

+7 (499) 653-60-72 доб. 665
Для жителей Москвы и МО

+7 (812) 426-14-07 доб. 423
Для жителей Спб и области

Генеральный партнер

 


12.00.00 Юридические науки

08.00.00 Экономические науки

09.00.00 Философские науки